Жемчужный орден E-Book

Пролог Трагедия в горах

На краю продуваемой всеми ветрами скалистой площадки лежало нечто, напоминающее мохнатый мешок светло-пепельного цвета, метра полтора длиной. Узкий край мешка свисал вниз, и, если присмотреться, можно было увидеть подковообразную пасть с торчащими клыками и огромные глаза, прикрытые лапами от света Занваля. Веки у таинственного создания чуть подрагивали, и сквозь узкую щелочку оно разглядывало вытянувшееся стрелой глубокое ущелье. По его дну пролегала узкая, но вполне ухоженная дорога, по которой ничего живого пока не двигалось.

Позади замершего существа раздалось натужное пыхтение, скрежет когтей, и на площадку ловко вскарабкалось еще одно подобное создание. Только шерсть у него была более молодая, серая, со стальным отливом. Пробежав, семеня короткими лапами, разделяющее их расстояние, прибывший обратился к наблюдателю:

– Отец, все готово. Ждут лишь твоего сигнала. Мы успели?

– Молодцы, справились раньше времени. Но пока еще никто не появлялся. Будем ждать.

– А кто появится первым?

– Вначале промчится головной дозор. Потом проедет отряд прикрытия – их колдуны, лежа на повозках, отделенным сознанием проверяют все окрестные горы.

– Они кого-то боятся?

– Нет. Но так положено передвигаться наследнице здешнего королевства – они опасаются всего. Однако от приговора нашего царя она не уйдет.

И оба создания дружно выкрикнули:

– Да здравствует наше племя вьюдорашей!

Из этого посторонний наблюдатель заключил бы, что перед ним разумные существа, называющие себя вьюдорашами. Разумеется, он несказанно удивился бы, потому как в Мире Тройной Радуги никогда и никто не слышал о таком виде разумных тварей. Хотя слово «никогда» было бы не совсем уместно в данном случае. Ведь сколько неведомых событий древней истории кануло в омут неизвестности…

Тем временем два странных создания продолжали разговор, чтобы скрасить ожидание. Звуки из их глоток вылетали глухие, с обилием удлиненных гласных и шипящих, но в целом язык был вполне узнаваем. Молодой вьюдораш засыпал своего отца вопросами:

– Ты смог бы здесь прожить хотя бы несколько дней?

– Открытые просторы не для нас. И дело не только в слепящем свете Занваля. Как ни странно, ночью здесь еще страшней, и сознание наших соотечественников падает к далеким звездам и никогда не возвращается.

– Ты видел таких несчастных?

– Я нет. Но мой старший брат рассказывал об одном таком случае. Его отряд разведки, состоящий из троих воинов, вместе с козырьком снега сполз в огромный, но неглубокий колодец, и никто не смог оттуда выбраться самостоятельно. Когда их нашли через сутки, все трое уже были совершенно невменяемы. Их так и не излечили…

– Но почему же все остальные разумные живут на поверхности?

– Они наказаны великими магами древности за неумение пользоваться силой недр.

Молодой воин ждал от отца не прописной истины, а правды, поэтому в ответ лишь пренебрежительно чихнул и перевел разговор на другую тему:

– В этих спешных сборах и торопливом марше я так и не понял: почему царь приказал уничтожить здешнюю наследницу?

– За ней следили уже несколько месяцев и выбирали момент для засады. К сожалению, нельзя предугадать, когда она решит наведаться в свой горный замок, и только в этом ущелье мы имеем шансы на ее уничтожение.

– Но ты так и не ответил на вопрос: за что?

– Она единственный человек в этом мире, который попал под неожиданный выброс секреций пещерной матки.

– Ну и что в этом страшного?

– Для нас ничего. Но от этого организм любого разумного существа, кроме вьюдорашей, подвергается перерождению. И вследствие непредсказуемых мутаций может появиться чудовище, уничтожающее вокруг себя все живое.

– Так это даже к лучшему! Мы перестанем ограничивать рождаемость и спокойно расселимся под всей поверхностью этих земель.

– Если бы все было так просто… Существо, омывшееся секрециями пещерной матки, обретает дар видеть любого нашего сородича сквозь скальные породы на глубине до пятидесяти метров, а то и больше. И может влиять на нас своим разумом. Данные по этому вопросу в древних кристаллах разнятся.

– И значит…

– Значит, тайна нашего существования перестанет быть тайной.

Молодой вьюдораш некоторое время молчал, потом осторожно спросил:

– А может, уже пришел срок открытия этой тайны?

Услышав эти слова, его отец захлебнулся бешенством и закашлялся.

– Не смей кощунствовать! – заревел он грозным басом, едва восстановив дыхание. – За такие слова совсем недавно убивали на месте, невзирая на то, кто сказал их – сын, дочь или любимый супруг. И правильно делали! Тогда не было того кавардака, что царит в нашем царстве сейчас.

При упоминании о своем царстве оба создания опять дружно пробормотали:

– Да здравствует наше племя вьюдорашей!

Немного помолчав и почти успокоившись, старый вьюдораш предупредил:

– И не вздумай подобные крамольные вопросы задать кому-то другому! Поставишь под удар всю нашу семью.

– Да я понимаю, отец. Но мне хотелось бы немного разобраться в истории. А у кого я могу хоть что-то узнать, как не у тебя?

– Не торопи события, придет время и для этого. О… кажется, едут! – неожиданно оживился седой вьюдораш. – Ложись среди этих серых камней, и тебя ни один маг не увидит. А я переползу в тот сугроб. Как только лавина пойдет вниз – сразу же отползаем в норы и замуровываем отверстия. По приказу царя на несколько месяцев мы прекращаем любую разведку на поверхности. Вот тогда мы с тобой и наговоримся об истории…

Глава 1 Прибытие

Два воина, ведя под уздцы своих коней, вышли из мрачного, плохо освещенного тоннеля сторожевой башни и остановились, слегка прищурившись, вновь привыкая к яркому сиянию Занваля. За их спинами осталась крепостная стена, разбегавшаяся в стороны и терявшаяся между заснеженных скал, а прямо под ногами располагалась ровная каменная площадка, огороженная по переднему краю прочными перилами. Перила предусмотрительно удерживали неосторожного наблюдателя от рокового шага в пятидесятиметровую пропасть. Зато лучшего места для любования открывшейся столицей высокогорного королевства Спегото было не сыскать.

Легендарная Салия лежала перед путниками как на ладони. Хотя до ближайших строений оставалось еще километра три, вся россыпь зданий просматривалась великолепно. Главный город Спегото отличался от других столиц мира прежде всего пирамидальными крышами разных оттенков ярко-золотистого цвета. Кроме того, все стены отделывались только белым мрамором – на фоне голубых вод огромного, до самого горизонта, озера это выглядело сказочно и нереально. А уж со стороны порта, судя по описаниям, столица смотрелась еще более живописно. Стремительные обводы высотных зданий, копируя изящными линиями окружающее горное великолепие, создавали впечатление невесомости.

Конечно, возле Салии Каррангаррские горы уже не имели такой высоты, как в Зачарованной Пустыне или тем более в государстве драконов, но и здесь они считались фактически непроходимыми. А те несколько крепостей на перевалах, которые всадники проехали немного ранее, вообще преграждали дорогу к столице любому неприятелю. Именно в этом и заключалась главная местная легенда – ни одно вражеское войско за всю историю не смогло ступить на улицы древней Салии.

Очевидно, прибывшим некуда было спешить, да и смотровая площадка явно предназначалась для любования столицей, поэтому оба воина еще долго стояли возле перил, указывая руками то на одно, то на другое здание. Они делились друг с другом своими знаниями по истории этих строений, вернее, делился один, а второй, на голову выше своего дюжего товарища, в основном только спрашивал. На любой вопрос он тут же получал исчерпывающий ответ, словно рассказчик прожил здесь всю жизнь и знал историю каждого камня в округе.

Наконец гигант не выдержал и спросил с пристрастием:

– Не могу понять, откуда ты все так досконально знаешь? И в дороге ничего не читал, и не знал заранее, что тебя именно сюда отправят. Странно…

Обращался он к своему знаменитому другу со светящейся в глазах гордостью и с самой искренней привязанностью и уважением. Потому что молодой Эль-Митолан Кремон, со знаменитым колдовским прозвищем Невменяемый, совсем недавно в одиночку совершил невероятный подвиг: уничтожил целую армию врагов, которые со страшным оружием двигались через Гиблые Топи. И цель у них была только одна: залить Энормию кровью ее мирных жителей. Конечно, о том, как произошло сражение, где и в какое время, знали в огромном королевстве считаные единицы, но Бабу искренне радовался, что и он удостоился такого огромного доверия – быть личным телохранителем великого героя, и был готов носить Невменяемого на руках и сдувать с него пылинки. А сейчас вообще удивлялся поразительной памяти своего кумира и невероятному объему знаний.

Его товарищ перед ответом поправил на голове теплую шапку, но взгляда от Салии так и не оторвал.

– Ничего странного, Бабу. Когда мне было лет пятнадцать, мне в руки попало два тома «Салия – город чудес». Эти описания с гравюрами составил знаменитый путешественник и географ Хонкар. И сделал это так увлекательно, что я выучил раритет буквально за две недели. Как видишь, те знания из моей головы не выветрились до сих пор.

– Это тот самый Хонкар, который несколько лет пытался решить ту же задачу, которую поставили перед нами?

– Точно. И будем надеяться, что все описания его попыток и исследований хранятся в дворцовой библиотеке Салии. Иначе мы будем повторять те же ошибки, ведущие в тупик.

Бабу кивнул и зябко повел огромными плечами:

– Кремон, а ветерок тут с Каррангарр протягивает насквозь. Да и скакуны наши уже пляшут от холода…

Словно поняв, что речь идет о них, один из коней, вороной красавец, требовательно ухватил Невменяемого губами за плечо. И тут же получил из руки хозяина свое привычное лакомство – дольку вишневого мармелада.

– Что, Торнадо, застоялся? Уже рассмотрел внизу зеленую травку? – Кремон поправил попону, перекинул уздечку и легко вскочил в седло. – Ну тогда вперед!

Бабу последовал примеру товарища, и оба всадника устремились по вырубленной в скалах дороге в долину. Дорога проходила наискосок вниз, по склону горы, и, хотя была очень широка, порой нависающие скалы заставляли опасливо втягивать голову в плечи. А на одном, самом ненадежном, участке Бабу даже высказал опасения вслух:

– Если вот та глыба рухнет на нас, твой магический щит выдержит?

– Щит? Выдержит! – с уверенностью ответил Кремон и тут же добавил: – Но только полмгновения. А потом мы превратимся в кашицу.

– Брр! – Его товарищ зябко поежился. – Ну у тебя и шуточки!

– Мне кажется, бояться нечего, – рассуждал Невменяемый. – Смотри на ездовых: они с караванами здесь ежедневно проходят. И что? Никто вверх и не взглянет. Лишь под ноги смотрят да пытаются половчей разъехаться со встречными повозками. А отдельные всадники вообще возле самой кромки проносятся. Привыкли.

– И никогда здесь обвалов не бывает?

– Ну как же, видишь свежий раскол в скале? Судя по всему, недавно рухнуло. Но днем здесь скосы наверняка поддерживают магией. А ночью пусть себе валится сколько хочет.

– Спасибо, успокоил, – улыбнулся Бабу. – Но все равно зря мы такой большой крюк сделали. Если бы озером двинулись, на четыре дня раньше в столицу прибыли бы.

– А ты куда-то спешишь? – удивился Кремон.

– Нет, конечно.

– Вот и я не спешу. Нам ведь сроки не указали? Не указали. К тому же хотелось сразу на Каррангарры полюбоваться. Заодно и твоя боязнь высоты притупилась, осталось только тебя в замкнутых пространствах опробовать.

В ответ на это Бабу лишь презрительно хмыкнул. Однако связанные с этим воспоминания вызвали на его лице добрую улыбку:

– Меня как-то в пятилетнем возрасте на три дня в темном подвале заперли. В наказание…

– И что?

– Да ничего, даже понравилось. И бочку квашеной капусты слопал. Ха-ха!

Кремон тоже беззаботно засмеялся в ответ, пожалуй впервые за всю дальнюю дорогу:

– Странно, что только одну!

Через два часа оба всадника уже ехали по столичным улицам, разглядывая знаменитые здания и стягивая с себя теплые одежды.

– Да здесь еще самый разгар лета! – ворчал Бабу, вытирая со лба испарину. – Или сюда зима не доходит?

– Редко. Лишь иногда сильные и затяжные бураны заметают Салию на несколько дней сугробами. А потом за считаные часы талые воды стекают в озеро. Чувствуешь, какой теплый ветерок оттуда дует?

– Ага. – Всадникам как раз открылся чудесный вид на огромный порт и раскинувшиеся за ним водные просторы. – И волны, гляди, какие большие!

– Поэтому его еще иногда называют не озером, а морем. Морем Печали. Особенно те, кто пытался атаковать Салию с той стороны.

– Неужели ни один корабль не смог добраться до порта?

– Ни один. Все лежат на дне.

Бабу о чем-то задумался, а потом спросил с большим сомнением:

– А кто же были те бесчисленные завоеватели?

– Увы! В основном подданные нашего королевства Энормия. Много веков древние короли пытались аннексировать эту территорию. Всего четыреста лет назад династии обоих королевств связались семейными узами и государства стали союзниками. Потом, правда, еще долго Спегото пытались захватить чингалийцы. Несколько раз они полностью оккупировали королевство, но столицу взять так и не смогли, хотя пробовали это сделать и со стороны гор, и со стороны озера Печали.

Кремон улыбнулся, заметив, с каким недоверием Бабу осматривает ласковые волны распростертого за портом синего великана, и смилостивился дать пояснения:

– Королевы Спегото могут создавать в озере любые течения и управлять ими. Для окончательной победы этого более чем достаточно. Но самое страшное их магическое оружие – это превращение воды на отдельном участке в леденистую взвесь. А то и вообще магически разводят воды в стороны. Тогда любой корабль падает вниз и просто разбивается о дно, и тут же его накрывают сходящиеся стены воды. За всю историю выжило всего несколько счастливчиков.

– А как они это делают? – еще больше удивился гигант.

– Вот у королевы и спросишь, ведь основные инструкции по заданию она будет давать лично. И, надеюсь, не откажет в такой сущей безделице, как посвящение тебя в главную тайну королевства.

Оба товарища хохотнули, но тут же придали своим лицам выражение должной серьезности: до главного входа в королевский дворец оставалось несколько шагов. Хотя об их прибытии знали, но добрых полчаса ушло на просмотр бумаг всеми командирами, вплоть до начальника стражи, затем на согласование места жительства с интендантом, и только потом какой-то франт в чересчур пышных одеждах с высокомерием зазнавшегося аристократа принялся инструктировать прибывших:

– Ее величество королева Спегото Дарина Майве Вторая примет вас после захода Занваля. Пока же вас проводят в выделенные вам апартаменты, где можно отдохнуть и привести себя в порядок перед аудиенцией.

– Мы вам очень признательны, – с тщательно скрываемым сарказмом поблагодарил Кремон Невменяемый придворного распорядителя и вместе со своим огромным товарищем поспешил за молодым, расторопным слугой.

Комнату им предоставили весьма скромную, одну на двоих и в самом дальнем крыле дворца. Назвать такую обитель апартаментами язык не поворачивался, но друзей приятно удивило наличие в ванной комнате вместительной бадьи с притоком горячей воды. Чем они тут же с блаженством и воспользовались, тем более что в бадье могли вольготно разместиться и четыре персоны. А когда служка принес им на подносе нечто вроде обеда, то вообще решили перекусить, не вылезая из горячей воды, попутно размышляя о предстоящей аудиенции.

– Кремон, ты слышал, как этот павлин настаивал на приведении себя в порядок?

– А мы чем занимаемся?

– Но ведь у нас нет подходящей для такого случая одежды.

– Бабу, мы ведь не дворцовые франты. И воина нисколько не унизит скромная и непритязательная одежда. Главное, чтобы она была чистая, а доспехи и аксессуары блестели в нужных местах.

– А как ты поступишь со своей сединой? Что-то пока незаметно, чтобы прежний цвет волос восстановился… Может, все-таки покрасишь?

– Нет, пусть будет как есть. Я ведь на балы ходить не собираюсь.

– Но вид у тебя… – Бабу щелкнул языком, подбирая нужное слово, – как у…

– Неважно. Среди Эль-Митоланов такое случается, когда болезнь сочетается с умственным перенапряжением.

– Ой! – нарочито простодушно воскликнул гигант. – Неужели Эль-Митоланы еще и думают?

Кремон виновато пожал плечами:

– Конечно, нет. Но вот при создании видимости раздумий как раз и случается главное перенапряжение.

Друзья одновременно засмеялись, кивая друг другу в знак согласия, и поэтому не сразу расслышали удары в дверь их комнаты. Первым замер Невменяемый:

– Кто-то стучит?

– Точно. А ведь обещали до вечера не беспокоить, – удивился Бабу. Набрав воздуха в грудь, он громко крикнул в сторону, приоткрытой двери ванной: – Входите! – А когда послышались чьи-то шаги, добавил: – Мы здесь! Смываем пыль дальней дороги!

В следующее мгновение он распахнул глазищи, покраснел и по самый подбородок погрузился в воду, покрытую шапкой пены. Потому что в комнату ворвалась красавица и, радостно улыбаясь, тут же полезла целовать его товарища, приговаривая при этом:

– Кремон, дорогой! Я глазам своим не поверила, когда тебя во дворе из окна увидела. Алехандро мне до сих пор не верит! Ой! Как ты похудел! Тебя не кормят, что ли?!

Она чмокала довольного Кремона в щеки и лоб, ерошила седые волосы и то отстраняла, придерживая за плечи, то вновь прижимала к себе, не обращая внимания на то, что ее роскошное модное платье намокает все больше и больше. А уж такая мелочь, как полная обнаженность принимающих ванну мужчин, баронетту Шиловски и вовсе не волновала. Зато стоящий у нее за спиной брат попытался вернуть девушку в рамки приличия. Он чуть ли не силой оттолкнул свою родственницу от бадьи и только тогда наконец смог крепко пожать Невменяемому руку:

– Действительно, не поверил Мирте! Как закричит: «Кремон здесь!» – чуть разрыв сердца не получил. Померещилось тебе, говорю, так она меня с постели сорвала и потянула вас разыскивать. Еле нашли. Безмерно рад тебя видеть!

– Я тоже рад! – Кремон улыбался до ушей. – А этого гиганта, Бабу, узнаёте? Выныривай, а то задохнешься! Конечно, парень сильно подрос и возмужал за последние месяцы. Да и навыков полезных поднабрался, теперь вот приставлен к моей особе для персональной охраны. Бабу, чего стушевался? Или не хочешь друзьям руку подать?

– Как можно… после наших совместных приключений. – Бабу, стесняясь, протянул мужчине влажную руку для рукопожатия, а красавице лишь стыдливо кивнул. Заметив его смущение, Алехандро вытолкал сестру из ванной комнаты со словами:

– Ладно, не будем вам мешать, подождем в вашей роскошной опочивальне.

– Нас и такая обитель устраивает! – выкрикнул им вслед Кремон, хватая мочалку и спешно завершая процедуру омовения. – Бабу, шевелись! А не то здесь и уснешь!

Вскоре оба друга, уже прилично одетые, по очереди поцеловали баронетте пальчики в официальном приветствии и приступили к беседе.

– Вот уж не ожидали встретить близких друзей в такой дали от Плады! – воскликнул Кремон. – Но какими судьбами вы здесь оказались?

Мужчинам перед началом фразы приходится делать вдох, тогда как большинство женщин могут говорить сразу же после выдоха. Поэтому Алехандро еще только рот приоткрыл, а Мирта уже без остановки сыпала словами:

– Да мы тут уже шестой день бездельем мучаемся! Прибыли сюда по королевскому приказу в распоряжение королевы Дарины Второй. Но ее секретарь дал нам указание отдыхать, выделил апартаменты и благополучно о нас забыл. Кстати, наши комнаты действительно не в пример лучше. Ну мы и воспользовались свалившимся на нас отдыхом: всех знакомых посетили, все новости узнали, дворец несколько раз обойти успели. И теперь в курсе происходящих в городе событий…

Алехандро весьма удачно вклинился в крохотную паузу между словами:

– Собранные тобой сплетни вряд ли интересуют наших друзей. Жизнь в Спегото протекает ровно и без больших скандалов, новостей или из ряда вон выходящих событий…

– Ну не скажи, – попыталась перебить его сестра, но баронет Шиловски продолжил с нажимом в голосе:

– Поэтому гораздо интересней узнать: каким ветром сюда занесло Эль-Митолана Кремона Невменяемого?

– Конечно! – Мирта схватила колдуна за руку. – Рассказывай!

– Даже не знаю, о чем можно поведать. Мы тут тоже для очень важного задания, о котором нас сегодня вечером подробно проинструктирует лично королева.

– Как только стемнеет? – уточнила баронетта. – Так ведь нам тоже приказали приготовиться к аудиенции!

Все многозначительно переглянулись, и Алехандро высказал общее мнение:

– Похоже, мы все здесь по одному вопросу. По предварительным сведениям, мне с сестрой вменяется кого-то охранять по личному указанию королевы. А раз нам всем назначено на одно время…

– Значит, ты теперь не отвертишься от нашей персональной охраны! – продолжила за него довольно улыбающаяся Мирта.

– Да он уже под моей охраной! – с неожиданным апломбом и ревностью заговорил Бабу. – Спит спокойно.

Брат с сестрой глянули на гиганта так строго, словно тот сказал несусветную глупость. Оба одновременно вдохнули, но первым успел заговорить Кремон:

– Буду очень рад, если нам доведется выполнять задание вместе. Однако окончательно мы об этом узнаем лишь после заката Занваля. Между тем местные новости меня тоже весьма интересуют. Да и последние, из Плады, – мне ведь так и не удалось туда заехать.

– О! Тогда приготовься слушать, – оживилась Мирта, ручкой слегка прикрыв рот брату. – И начну я, пожалуй, с рассказа об одной весьма сердитой молодой особе.

– Уже догадываюсь, о ком пойдет речь, – улыбнулся Невменяемый, на что красавица скорбно закатила глаза:

– Если бы и она догадывалась, где ты находишься, давно была бы здесь! У нас уже сил не хватает отбиваться от ее настырных вопросов…

И на Эль-Митолана Невменяемого нескончаемой лавиной обрушился поток информации.

Глава 2 Знакомство

Королева Спегото Дарина Майве Вторая всеми силами пыталась скрыть свой скепсис и разочарование. По крайней мере – внешне. Пока собравшиеся на деловую аудиенцию специалисты внимательно изучали предоставленные им карты и схемы, ее величество без всякой утайки откровенно разглядывала прибывшего из Энормии странного Эль-Митолана.

«И кого это мне Рихард Огромный прислал? – недоумевала она. – Или он начал впадать в старческий маразм? Как можно такого… хм… юнца назначать командиром? Да его мои люди с первого же дня будут игнорировать! Просила ведь Рихарда прислать самого лучшего и самого опытного! Удружил, называется… Парню и двадцати пяти не исполнилось, а ведь в этом возрасте его сверстники еще только потеют на курсах молодого Эль-Митолана. Может, он гораздо старше? Но какой ему смысл лгать о своем возрасте? Надо будет спросить его о седине… А этот увалень, который его сопровождает, вообще первый раз сподобился видеть чье-то величество, не иначе! Сидит словно каменная глыба. Ну хоть баронетов Шиловски прекрасно знаю, те еще бойцы, имеют заслуженный авторитет. Только вот предположить не могла, что они так близко знакомы – вон каждое слово его ловят! Зря я заблаговременно не расспросила их об этом парне. Может, он чей-то отпрыск из самого высшего окружения моего кузена? Скорее всего… Ну, Рихард, поставил ты мне задачку! Я тебе это припомню! Теперь надо менять весь командный состав отряда. Хорошо хоть, что в процессе подготовки времени для этого вполне достаточно…»

За огромным круглым столом, помимо посланников из Энормии и самой королевы, находились королевский архивариус Ламье Пугающий, герцог Каррангаррский Фелис Райне и асдижон горных егерей Бриг Лазан. Все трое были Эль-Митоланами с богатым жизненным и магическим опытом и служили еще бабушке ныне здравствующей королевы. Они были почти одногодками и недавно по очереди отпраздновали свое стодвадцатилетие. Все Эль-Митоланы прекрасно между собой ладили и понимали друг друга с полуслова, однако за столом вели себя совершенно по-разному.

Архивариус выглядел таким сонным и меланхоличным, что от одного его вида хотелось зевнуть. Его магическое имя «Пугающий» звучало откровенной издевкой над здравым смыслом. Так и казалось, что в пышной гриве Ламье Пугающего могли безбоязненно вить гнезда самые пугливые птички. На адресованные ему вопросы он отвечал тихим, монотонным голосом, словно боялся разбудить свою дремлющую сущность. Но при всей кажущейся лености и равнодушии он считался лучшим специалистом по архивам, знатоком всех имеющихся библиотек и гением в расшифровке древних письмен. Ум имел быстрый, память невероятную, а преданность своему делу образцовую.

Герцог Каррангаррский всем своим видом напоминал мрачную, злую тучу, готовую разразиться грозой. Без всяких сомнений, его тоже раздражала невероятная молодость прибывшего из Энормии «специалиста». И сдерживал он свои высказывания только благодаря присутствию за столом Дарины Второй. Однако взгляды, ухмылки и часто перерезающие лоб морщины ясно давали понять: Фелис Райне готов в любой момент открыто вывалить на седого, но начинающего мага ворох оскорблений. К слову сказать, «герцог Каррангаррский» было не столько титулом и магическим прозвищем, сколько совмещенной со всеми этими титулами должностью. Занимающий эту должность человек ведал всеми делами, событиями и проблемами, случающимися на огромном пространстве королевства, где высилась спина Каррангаррского хребта. И вечная занятость герцога в сочетании с его раздражительностью была притчей во языцех.

А вот Бриг Лазан почему-то проникся неожиданной симпатией к своему молодому коллеге и сейчас оживленно беседовал с Кремоном Невменяемым, давая самые подробные пояснения к рассматриваемым картам. Хотя во всех остальных делах действовал как несокрушимый таран, а в бою превращался в ослепленного яростью, лютого зверя. Воинского звания Бриг не имел, хотя слово «асдижон» и переводилось с древнесумского как «командир» или «старшина». Но во всем Спегото таких специальных отрядов, которыми командовали асдижоны, насчитывалось только пять. И все они подчинялись непосредственно королеве. Даже наследная принцесса не имела права отдавать приказы ни Лазану, ни его подчиненным. В королевстве было два отряда горных егерей, еще два – для подводного и надводного боя и один специализировался на труднодоступных районах густых лесов и раскаленных пустынь.

В данный момент Бриг Лазан ткнул пальцем в одно из мест на карте и отрицательно покачал головой:

– Нет, там тоже не удалось пройти. Хотя, по логике, это место самое перспективное.

– А бурить вы пробовали? – спросил Кремон, и тут же в разговор грубо вмешался герцог Каррангаррский, причем с таким ехидством и сарказмом, что все напряглись в предчувствии скандала:

– Как же! И бурили, и рубили, и даже в глубину пытались проникнуть отделённым сознанием. Увы! Без вас ничего не получается!

Невменяемый никак не отреагировал на колкость. Он оказался умнее и попросту величественно проигнорировал первый выпад старшего коллеги. Его леденистый взгляд прошелся по Фелису Райне как по пустому месту, остановился на архивариусе, и уже к нему молодой колдун вежливо обратился:

– А когда бы мы могли ознакомиться с «Записками» легендарного путешественника и исследователя Фредерика Хонкара?

Не поворачивая головы к королеве, Ламье Пугающий дождался ее почти незаметного кивка и монотонно пробубнил:

– В любое удобное для вас время. Я распоряжусь доставлять вам записи знаменитого исследователя в читальню. Но хочу напомнить, что выносить из библиотеки ничего нельзя.

– Понимаем, правила везде одинаковые, – согласился Кремон и вновь обратился к асдижону: – Господин Лазан, но тогда получается, что водный путь самый предпочтительный. Неужели так и не удалось проследить за руслом воды?

– К сожалению, русла, как такового, нет. Просто вода попадает в почти вертикальный тоннель, и на большой глубине из-за темноты и огромного давления отделенным сознанием нельзя почувствовать, где жидкость, а где твердые породы. Причем подобные странные колодцы находятся с обеих сторон. А уж сколько совмещенных магических сил понадобилось для выяснения этой истины! Кошмар! И времени – столетия!

– Так, может, там нет никакого прохода и никогда не было?

И опять с презрительным высокомерием заговорил герцог Каррангаррский:

– Перед нами поставили задачу: найти искомое, а не повторять набившие оскомину сентенции!

На этот раз Невменяемый собрался ответить как полагалось в таких случаях – благо высокопоставленных и титулованных разумных он насмотрелся за свою короткую жизнь достаточно. Однако уже готовую вырваться фразу перебило стремительное появление молодой женщины. При всей своей кажущейся сонливости именно архивариус непостижимым образом заметил вошедшую даму первым и первым же привстал, склонившись в приветствии:

– Ваше высочество!

– Добрый вечер, господа! – громко поздоровалась наследная принцесса. – Продолжайте обсуждение! – Затем быстро уселась на свободный стул и принялась бесцеремонно разглядывать посланников из Энормии.

Принцесса Элиза Майве не считалась такой уж неповторимой красавицей и, возможно, кое в чем даже проигрывала сидящей за столом баронетте Шиловски, зато ее слава непревзойденной обольстительницы и роковой женщины гремела по всему миру. В свои двадцать шесть лет Элиза успела два раза стать вдовой, а более десятка мужчин, причем из числа самых знаменитых, титулованных и красивых, лишились жизни из-за нее в кровавых, жестоких дуэлях. Мало того, месяц назад трагически погиб в горах ее новый суженый, с которым они собирались вскорости пожениться. Молодого, пылкого, но неосторожного графа размазало по скалам неожиданно сошедшей лавиной, и последние недели с наследной принцессой старались не спорить, а лучше всего и не встречаться.

Именно об этом напомнила Кремону баронетта, незаметно под столом ударив его по ноге. Поэтому он не стал отвечать грубостью герцогу, а задал вопрос по обсуждаемой теме:

– А дуросовые очки вы использовали?

– Впервые слышим о таких очках, – удивился Бриг Лазан. – Что это и для чего?

– Через них Эль-Митолан может видеть все рельефы дуросовой породы. Она выделяется определенным свечением в толще любых наслоений.

– И на какую глубину?

– Метров тридцать.

– Невероятно! – воскликнул асдижон. – И где производятся такие устройства?

– Не знаю. Очки мне достались в виде трофея в одной из воинских операций.

– Правда?! – Герцог Райне явно решил поиздеваться: – Крупное, видимо, произошло сражение. Или вам досталось что-то еще кроме простеньких очков?

Невменяемый скромно покачал головой:

– Да не особо – несколько похасов, десяток лошадей и телег с оружием да сундук разного магического хлама. Но очки оказались, пожалуй, самыми ценными. Помнишь, Бабу?

– Ага! – встрепенулся гигант и радостно улыбнулся: – Ты тогда ту дуросовую пещеру с их помощью обследовал. Но и остальные трофеи целого состояния стоят – одного только оружия на всю новую поселковую дружину хватило. А уж лошади с похасами…

Гигант наткнулся на удивленный взгляд королевы Дарины Второй, поперхнулся, смутился и замолчал окончательно. А наследная принцесса тут же резко высказала свое сомнение:

– Действительно – сражение! Уж не под Чальшагом ли? Но ведь там драконы не атаковали, ни на похасах, ни на лошадях!

Кремон решил отделаться скромным ответом:

– К сожалению, мне не пришлось защищать нашу великую крепость Чальшаг в последнем сражении. Но и на остальных необъятных просторах королевства Энормия порой орудуют организованные шайки преступников.

Зато Алехандро Шиловски решил похвастаться за своего друга:

– Эль-Митолан Кремон Невменяемый был командиром отряда, который разгромил крупное формирование преступников-отщепенцев в районе пограничья между городами Эссек и Ошакли. За тот бой его величество Рихард Огромный наградил Кремона Пурпурным орденом третьей степени и именными часами Цоссо.

– А-а-а… – В глазах королевы вспыхнула искорка понимания. Видимо, и до нее дошли отголоски того скоротечного сражения. Принцесса же удивилась еще больше:

– Постойте, вам ведь нет еще и двадцати пяти лет? Значит, вы участвовали в большом сражении, не будучи Эль-Митоланом?

Кремон с укором посмотрел на баронета и равнодушно пожал плечами:

– Да нет. Просто я тогда был начинающим учеником, а мой первый наставник отправил меня с небольшим отрядом по заданию. И в боевое столкновение мы попали совершенно случайно, так что наградили меня не вполне заслуженно.

– Скромный какой… – еле слышно проскрипел герцог Каррангаррский. Однако теперь уже не сдержалась наследная баронетта Шиловски:

– И это еще не все полученные им награды!

– Мирта! – строго перебил Кремон и тут же добавил более мягким тоном: – Ваша светлость, не стоит уводить разговор от обсуждаемого вопроса.

«Ого! Этот парень не так прост, как пытается казаться, – подумала королева. – Сегодня же вытяну из этой Шиловски все сведения о нем. Боевой Пурпурный орден не дают ни выскочкам, ни даже королевским бастардам. Да и вообще, что я здесь сижу? Забираю Мирту и иду в свою спальню! Пусть технические детали пока обговаривают без меня».

– Господа, если ко мне нет вопросов… – Заметив поднятую руку молодого Эль-Митолана, королева с некоторым сомнением разрешила: – Спрашивайте.

Кремон склонил голову в знак благодарности.

– Не поймите меня превратно, ваше величество, – начал он с извинения, – вопрос немного выходит за рамки моих полномочий и жизненного опыта…

В образовавшейся паузе Дарина Вторая величественно махнула ладошкой: мол, продолжайте без стеснения. И услышала то, что меньше всего ожидала:

– А зачем вам нужен этот проход?

Видимо, так прямо королеву еще никто не спрашивал. Она на некоторое время задумалась, все затихли, и даже герцог уставился на свою повелительницу немигающим взглядом. Лишь наследная принцесса сидела в расслабленной позе, положив ногу на ногу, и покачивала наполовину снятой туфелькой. Как ни странно, Дарина Майве посоветовала любопытному гостю заниматься тем, что приказали, и, как бы рассуждая, принялась объяснять:

– Конечно, открыть прямую и доступную дорогу к озеру Слез – это не только моя мечта, но и мечта всех моих предков. Эта цель известна всему миру, и я от нее не отступлюсь. Но есть еще одна причина моей настойчивости, о которой знают лишь избранные и немногочисленные доверенные лица. Поскольку за вас поручился мой кузен Рихард Огромный, то сейчас и вы узнаете эту причину.

Сделав небольшую паузу, королева вздохнула и торжественно продолжила:

– По тем же древним легендам, в центре Утерянного Пути находится легендарный Некрополь Сущего Единения.

– А что это такое? – осторожно спросил Кремон.

– Вероятно, древнейшие захоронения правителей предыстории. К сожалению, конкретно больше ничего не говорится.

Невменяемый понимающе кивнул и ошарашил всех следующим вопросом:

– Ваше величество, а какова третья причина? Напряжение за столом достигло наивысшего предела.

Теперь даже наследная принцесса замерла, быстро переводя взгляд с матери на молодого нахала и обратно. А Дарина Вторая вместо справедливого возмущения молчала, словно ждала от Кремона пояснения.

– Об Утерянном Пути знают во всем мире, – разведя руками, принялся пояснять тот. – Ищут его безрезультатно тысячи лет. О Некрополе Сущего Единения знают все ваши предки и доверенные лица королевства и тоже ищут его без особых успехов. Но сейчас вы впервые за всю историю Спегото привлекли для поисков людей со стороны. Значит, что-то изменилось. И скорее всего, появилась новая, архиважная причина. – Выдержав многозначительную паузу, Невменяемый с некоторым сомнением договорил: – А судя по вашему молчанию, очень даже возможно, что и целых две причины.

Однако правительница Спегото уже успела вернуть на лицо маску неприступного величия и, вставая, произнесла:

– Постараюсь специально для вас придумать особенную причину. До свидания! Мирта, милочка, проводите меня.

– Да, ваше величество!

Баронетта бросилась за уходящей королевой, метнув на Кремона осуждающий взгляд расширенных глаз. Все с полупоклоном проводили Дарину Майве Вторую, и лишь только уселись на свои места, как наследная принцесса Элиза Маиве безапелляционно заявила:

– Давайте высказывайте свои соображения! А то я решила идти с вами, а многие детали похода мне так никто и не удосужился разъяснить.

Каждый из шести сидящих за столом мужчин отреагировал по-своему. У архивариуса отвисла челюсть. Лицо герцога Каррангаррского неожиданно обезобразил нервный тик. Асдижон Бриг Лазан почти неслышно заскрежетал зубами и тихонько застонал, словно все зубы у него заболели одновременно. Баронет Шиловски схватился за голову. Бабу изобразил на своем лице глуповатую улыбку. А Кремон Невменяемый сказал с трогательной наивностью и простодушием:

– Почему бы и нет? Если подойдете на роль проводницы, возьму в свой отряд с радостью.

Дальнейшее обсуждение было сорвано разразившейся истерикой. Только через полчаса герцогу удалось увести разгневанную, раскрасневшуюся от негодования наследную принцессу, из уст которой не прекращали сыпаться наивные угрозы и детские оскорбления.

Архивариус закрыл рот, облизал пересохшие губы и здраво предложил:

– К чему такая спешка? У нас ведь масса времени. Давайте соберемся здесь же после завтрака.

– Естественно, – тут же согласился асдижон. – Какие могут быть обсуждения, когда у меня до сих пор в ушах звенит.

Архивариус тут же подхватил свои папки и убежал с несвойственной для его сонного вида поспешностью. После этого Бриг Лазан потер ладони и радостно предложил:

– А что, ребята, приглашаю продолжить знакомство в одном очень уютном и милом заведении! Кормят там замечательно, подают лучший чингалийский гремвин. Кроме того, там танцуют несравненные онтарские танцовщицы. Как вам мое предложение?

Однако Невменяемого в данный момент заботило другое:

– Меня больше сейчас беспокоит отношение ко мне ее высочества. Не хотелось бы с первого дня нажить врага в ее лице.

– Об этом не стоит переживать. Конечно, Элиза слишком избалованна, капризна и любит пошуметь без причины. Да и если втемяшит себе что-то в голову – обязательно своего добьется. Но вот действовать силовыми методами она не станет ни при каких обстоятельствах. Уже завтра она начнет уговаривать нас по отдельности.

– И что, вы согласитесь взять ее с собой?

– Конечно, нет! – воскликнул асдижон, но тут же печально вздохнул: – Однако отказать ей будет очень трудно. Она умеет подобрать к каждому человеку ключик и ловко этим ключиком пользуется. Ты правильно сделал, что сразу ей отказал.

– Да вроде как и не отказал…

– Что одно и то же. Она ведь надеялась на роль командира, а ни в коей мере не проводника.

– Насколько я помню подобные случаи в прошлом, – покачал головой Алехандро Шиловски, – принцесса может превратить жизнь любого отряда в сущий кошмар.

– Ладно! О трудных и печальных часах нашей жизни будем плакаться потом! – воскликнул Бриг Лазан, вставая. – Так идем веселиться или нет?

Заметив, что все взгляды скрестились на нем, Кремон с напускной задумчивостью произнес:

– Лично я, может быть, и отказался бы, но вот товарищи мне этого не простили бы…

И напрасно Мирта ждала Кремона и Бабу в их комнате, горя желанием поделиться своими впечатлениями от беседы с королевой. Красавица так и уснула на неразобранной, жесткой постели, вспоминая недобрыми словами своего гуляку братца и не менее разудалого любителя злачных мест асдижона Брига Лазана.

Глава 3 Легкая разведка

Ранним утром судьба вновь развела Невменяемого с уснувшей на его кровати Миртой. Видимо, кому-то крепко досталось за нерасторопность, и теперь на входе в королевский дворец их встретил другой, гораздо более свежий и подтянутый распорядитель и с должными нотками почтения сообщил:

– Велено провести вас в апартаменты, более достойные и соседствующие с местом обитания баронетов Шиловски.

– О! – пьяно икнул Алехандро и склонился к уху покачивающегося Кремона: – Ты как раз хотел поговорить с моей сестрой.

– Ведите! – милостиво разрешил молодой колдун, и троица друзей отправилась за провожатым. Покои теперь действительно соответствовали уровню посланника Энормии. Даже баронет позавидовал:

– Каждому по огромной комнате да еще гостиная! Однако!

– Видимо, это Мирта так расстаралась, – предположил Кремон. – Идем ее будить.

– Идем! – согласился баронет. – А давай ее напугаем?

– Ха! А если она в нас… ножичком бросит?

– Так поставь щит, и все дела!

Однако пугать было некого. Алехандро разочарованно пощупал одеяло и проворчал:

– И где это она шляется?

– Что же, ей на все твое разрешение спрашивать? Могла и возле королевы остаться…

Успокоившись на том, друзья завалились на мягкие широкие постели. И только за завтраком их разыскала разозленная Мирта. Истину выяснили за полминуты, и вскоре к их веселой компании присоединился Бриг Лазан. Оказалось, он тоже жил во дворце и старался на завтрак не опаздывать.

Он сообщил весьма настораживающую новость:

– Принцесса с пристрастием допросила архивариуса, и он вынужден был раскрыть время и место нашей встречи после завтрака.

Мужчины враз погрустнели, но баронетта, когда брат в двух словах описал ей вчерашнюю сценку, сразу же нашла выход:

– А давайте лучше проедемся на место и проведем первый осмотр.

– Гениально! – воспрял духом Невменяемый и обратился к асдижону: – Можем это устроить?

– Запросто! И герцог Райне будет рад прогулке. Я его сейчас перехвачу и отправлю прямо в конюшни.

Проводив его взглядом, Кремон переключил свое внимание на Мирту.

– Рассказывай, чего ты успела насплетничать королеве?

– Это был длинный разговор, – многозначительно улыбнулась красавица. – Пересказывать его долго, а мне есть хочется.

– Тогда ни слова больше! Доедаем – и бегом к нашим рысакам.

Герцог Каррангаррский сегодня был в более благодушном настроении и, когда они встретились на выезде из конюшен, приветствовал всех довольно сердечно и мило.

– Бедняга Ламье, что с ним сделает принцесса! – посочувствовал он брошенному на растерзание архивариусу.

– Да он под крики крепче спит! – хохотнул Бриг Лазан.

Вскоре кавалькада из шести всадников пустила своих животных в галоп и отправилась на юго-запад от столицы. Именно там в глубине гор и находилось начало Великого Пути, который чаще называли Утерянным. Конец или продолжение его разыскивали уже не одно тысячелетие, да только найти их никому так до сих пор и не удалось.

Через час небольшой отряд проехал по широкой расщелине между двух крутых скал и приблизился к черному зеву внушительного тоннеля. Въезд преграждали крепкие ворота, возле которых бодрствовали двое охранников. Еще двое появились из небольшого домика, удобно расположившегося прямо в тоннеле. Когда группу с почтением пропустили, Бриг Лазан пояснил:

– Приходится таким образом оберегать глупые головы несознательной молодежи. Время от времени в них просыпается исследовательский зуд, и они толпами ломятся в это место. Конечно, большинство вскорости возвращается: голодные, оборванные и разочарованные. Но сколько сотен ребят так и не вышли из этих пещерных лабиринтов! Поэтому прежняя королева запретила сюда самовольные походы.

Голос Лазана поднимался под самые своды, вызывая гулкое эхо. Эль-Митоланы подвесили по два осветительных шара, и вся группа ехала не спеша, переговариваясь и делясь мнениями.

– Действительно, пробить такой полукруг в горах – невероятные затраты сил и времени! – восхищался Кремон. – А еще ведь укрепили стены дуросовыми плитами…

Мирта тоже была здесь впервые.

– Но зачем кому-то понадобилось проводить такой объем работ? – поражалась девушка. – Восемь метров высоты! Двенадцать в ширину! На чем же они здесь ездили?

Невменяемый вспомнил тоннели и огромные вагоны, на которых ему пришлось пересекать Сорфитовые Долины, и усмехнулся:

– Да уж, конечно, не на телегах, запряженных похасами. – Он внимательно всмотрелся под копыта лошадей и спросил: – А в древности здесь случайно не лежали длинные полоски стали? На всем протяжении тоннеля?

Герцог и асдижон переглянулись и отрицательно покачали головами. Тем временем линия стен и свода начала уходить чуть влево и вниз. Стало довольно сыро и прохладно.

– Приближаемся к первому разлому, – предупредил Бриг.

Действительно, через несколько сотен метров весь тоннель словно провалился на два метра вниз. По линии провала топорщились дуросовые плиты – некоторые имели трещины, несколько лопнуло и разошлось в стороны. Из расщелины в своде стекал небольшой водопад, вода образовывала метровое озерцо на нижнем участке разлома и уже из него живо бежала дальше вглубь по расположенным чуть наклонно плитам древнего сооружения. Всадники так и ехали по струям резвящегося ручья.

– Насколько я помню, разломы образовались не в исторически обозримом прошлом?

– Да, – ответил Кремону герцог Каррангаррский, – современные или зафиксированные в летописях землетрясения лишь незначительно расширили разломы. Фактически они всегда остаются неизменными.

Невменяемый послал один из осветительных шаров далеко вперед и теперь гораздо лучше видел всю перспективу сооружения.

– А вам не кажется странным, что создатели тоннеля его так искривили? Ведь мы скоро окажемся прямо напротив столицы. Как раз там будет новый изгиб, и конечный участок ведет строго на юг. К чему столько лишних километров?

– Может, для древних в этом не было ни малейших трудностей?

– Но тогда тем более – бури дыру в скалах по прямой, вот и весь сказ.

– Существуют версии, что доисторический город находился в другом месте, как раз возле ущелья. – И есть доказательства этих версий?

– Археологи нашли в том месте несколько краеугольных камней из фундаментов довольно больших зданий.

– А сами постройки?

– Ничего подобного не осталось. Видимо, время стерло все.

– Хм… не все, вот это осталось. – Кремон развел руки в стороны. – Те, кто смог построить такое чудо из дуросовых плит, и свои жилища построили бы более основательно. И еще – пусть эта версия и обоснована, но ведь все равно тоннель удобнее пробивать по прямой линии. Зачем же так петлять?

Судя по всему, хорошее настроение герцога осталось на равнине.

– «К чему» да «зачем»… – раздраженно передразнил он. – А почему на небе две луны, а не три? А почему мы дышим воздухом, а не водой? А почему неразумные болары могут левитировать сутками, а мы нет? Так можно спрашивать до бесконечности. Некоторые вещи надо принимать такими, какие они есть.

– Философский ответ, – усмехнулся Кремон, представляя возможную реакцию герцога на общение со Спином, своим другом из боларов, – однако к раскрытию тайны он нас не приближает.

Асдижон обогнал своих спутников и теперь поджидал их у второго разлома. Здесь уровень разнился только на метр, зато в ширину щель местами достигала почти трех метров. Создав еще один светящийся шар, Бриг запустил его между разошедшихся дуросовых плит и стал пояснять:

– А здесь как раз и начинаются лабиринты пещер, ходов и провалов, через которые нам надо пройти в недра Каррангарр. Я здесь знаю каждый выступ, так что можем углубиться и осмотреться.

– Не сейчас, – мотнул головой Кремон. – Мне бы хотелось пройти тоннель до конца.

Теперь уже вновь двигались посуху – ручей нырнул во второй разлом. Третий и четвертый разломы оказались тоже довольно значительными, но трещины в открывшейся скальной породе не простирались далеко, их давно уже тщательно обследовали, и ходов или пещер обнаружено не было.

Затем тоннель опять изогнулся вправо, чуть ли не километр шел идеально ровно и завершился отвесной стеной. Кремон не раздумывая спешился и стал тщательно осматривать границу искусственного сооружения и естественного скального нароста. Ковырял ножом, разгребал пальцами, простукивал по всей длине окружности, но никак не мог понять, что же перед ним такое. А Бриг Лазан, прохаживаясь рядом, менторским тоном перечислял все существующие гипотезы и предположения:

– Перед нами самая необъяснимая загадка древнего тоннеля! Большинство исследователей склоняется к мысли, что строители дошли до этой отметки и попросту прекратили работы. Но при тщательном рассмотрении преграды видны ее естественные изгибы и неровности. Те дыры, что ты видишь, высверлены уже в наше, исторически обозримое время. Значит, строители прошли небольшой участок открытой пещеры и, упершись в стену, повернули назад. Проверяли за плитами – пустот нет. Куда же делась пещера? Правильно, могли засыпать отработанной породой. Почему тогда не продолжили бурение? Может, сплошной дуросовый наплыв? Нет. Имеются, конечно, небольшие вкрапления, но на предыдущих участках замечены сплошные дуросовые прослойки, и строители их преодолели, ни на миллиметр не сместившись в сторону.

– Ага, ага! – поддакнул Кремон и чихнул от пыли. – Да только изготовление дуросовых плит ставит технический гений древних на немыслимую для нас высоту.

– Кстати, по поводу плит. Большинство наших Эль-Митоланов считают, что их изготовляли методом элементарной выплавки.

– Не факт, – возразил Кремон, не оборачиваясь. – При максимальных температурах в печах эта порода начинает крошиться и рассыпаться.

– Но и не факт, что эту породу плавили высокой температурой. Могли использовать какое-нибудь магическое поле или разновидность защитных структур.

– Очень даже может быть… А другие версии этой… пробки?

– По всей видимости, тоннель вначале бурили или пробивали и лишь потом обкладывали плитами. Могло случиться и так, что перед нами участок резко опустившегося вниз тоннеля. Осадка проходила большое по длительности время. Строители дошли до этого места, уложили плиты и стали ждать. Но потом им что-то помешало возобновить работы.

– Пустые участки внизу «прощупываются»?

– На ближайших двадцати метрах нет. Но ведь за века провал мог опуститься на гораздо большую глубину или пробитый участок окончательно занесло породой.

– Может быть, – пробормотал Невменяемый, отряхиваясь от пыли и отходя от природного препятствия. – Ну что ж, попробуем призвать на помощь загадочные артефакты.

Он осторожно достал из специального кармана очки и водрузил себе на переносицу. Однако даже полчаса внимательных разглядываний ничего не дали. Затем очки захотел опробовать асдижон, а после него и герцог, но и это не принесло малейших результатов. Эль-Митоланы шумно спорили по поводу полезности дуросовых очков, когда Мирта наконец не выдержала и взмолилась:

– Господа, мы ведь уже давно пропустили время обеда! Не пора ли нам возвращаться?

– Вы правы, баронетта! – Фелис Райне первым вскочил на своего коня. – Времени для подготовки и осмотра у нас будет предостаточно. Возвращаемся!

– Да и дел сегодня еще невпроворот, – вспомнил вдруг Бриг Лазан. – Так что я даже пообедать с вами не смогу.

– Тоже неплохо, – согласился Невменяемый. – Мы до ночи успеем без помех проштудировать хотя бы первую часть записей Хонкара.

И шестерка всадников на максимально возможной скорости отправилась в обратный путь.

Глава 4 Подбор ключиков

К моменту возвращения в Салию путники уже так изголодались, что без раздумий зашли в первый же попавшийся трактир. Герцог и асдижон извинились и отправились в сторону королевской резиденции, поэтому молодым людям хватило одного стола. Заказав всей компании кушанья, Кремон первым делом приступил к расспросам баронетов Шиловски.

– Вы ведь здесь уже долго находитесь… Что раньше говорили про этот древний тоннель?

– А ничего. – Алехандро с удовольствием вдыхал запах свежего хлеба, который им сразу же поставили на стол. – Я пытался расспросить о ходе поисков, но мне всегда отвечали с полнейшим равнодушием: «Ищут!» Кажется, что на положительный результат не надеются уже много-много веков.

– Тогда, скорее всего, действительно должна быть новая причина для усиления поисков. Что тебе сказала по этому поводу королева?

Мирта потешно скривила личико:

– Так она и открыла мне все карты! Тем более учитывая, что она сама хочет что-то выведать. Учинила мне настоящий допрос по твоему поводу…

– Надеюсь, ты не развенчала миф о моей скромности?

– Развенчала. Ни к чему таиться там, где тебя должны сразу же оценить по заслугам.

– Одобряю! – закивал Алехандро. – Тем более что последствия не заставили себя ждать: теперь Кремон с Бабу живут в прекрасных комнатах.

– Вот именно. А когда я поведала королеве об остальных твоих Пурпурных орденах, она изволила рассердиться и с огорчением констатировала, что лишена должной информации по вине нерасторопных подданных и скрытности кузена Рихарда. Я, конечно, не сказала, за что конкретно ты получил награды, лишь намекнула о жестокой схватке на улице Шалуний и возможном твоем там участии. Но добавила, что всех деталей не знаю и все это относится к государственной тайне, а у меня не тот уровень допуска в Энормии. Однако, судя по решительному выражению лица Дарины Второй, уже сегодня Рихард Огромный вынужден будет признаться своей кузине, за что он тебя наградил Пурпурным орденом первой степени.

– Может, не стоило об этом? – с сомнением протянул Кремон.

– А ты хочешь, чтобы нами в опасном поиске командовала наследная принцесса? – рассердился Алехандро. – Она ведь и на свою мать имеет невероятное влияние и почти всегда добивается желаемого. А так королева отдаст тебе должное и не позволит дочери командовать нашим отрядом.

– В недрах довольно опасно, – напомнил Невменяемый. – В такие места не стоит пускать престолонаследников.

– Да где уже только Элиза Майве не побывала! Если бы не специальный многовековой запрет на выезд принцесс за границу, она бы уже все Гиблые Топи исходила и на Южный полюс добралась бы. Любительница экстрима…

Мирта сидела лицом к входной двери и поэтому насторожилась первой. Ее рука накрыла локоть брата, призывая к молчанию, а сама баронетта проговорила почти шепотом:

– Какая-то женская фигура в мантии с капюшоном старается незаметно к нам приблизиться. О, идет сюда! Очень похожа на…

Но Кремон к тому времени магически усилил свое зрение, рассмотрел лицо, скрытое тенью капюшона, и привстал со словами:

– Ваше…

– Тихо! – раздался знакомый голос – Я здесь нахожусь тайно. Ведите себя нормально, без чинопочитания, и обращайтесь ко мне просто: Элиза.

Принцесса без церемоний придвинула свободный стул и уселась за стол рядом с Бабу. Затем кокетливым жестом чуть сдвинула капюшон назад, приоткрывая довольное и радостное личико:

– Вот уж не ожидала вас здесь увидеть! Почему же вы не пообедали во дворце?

Такая бесстыдная ложь заставила всех четверых друзей на мгновение потупить глаза. Оставалось только гадать, кого наследная принцесса перехватила первым: асдижона или герцога? Однако отвечать следовало без промедления. Поэтому Невменяемый с улыбкой взглянул Элизе Майве в глаза и признался:

– Мы слишком припозднились из-за прогулки и не хотели создавать хлопоты во дворце.

– Какие же хлопоты? Дворцовые кухни работают круглосуточно и готовы всегда накормить всех приглашенных во дворец.

– Не сомневаемся…

– И как прошла прогулка?

– Прекрасно, на… Элиза. Действительно – зрелище грандиозное. Подобного строения не существует во всем мире!

– Еще бы! Поэтому вы себе можете представить, что будет, когда мы найдем основной тоннель Утерянного Пути.

Восторженный энтузиазм принцессы никто не разделял. Более того, Кремон демонстративно переглянулся с товарищами и спросил, наморщив лоб:

– А с кем вы ведете поиск?

Алые губы на миг сжались от обиды, но тут же вновь растянулись в улыбке:

– Вы специально меня сердите? Кажется, мы этот вопрос решили еще вчера.

– Решили? Вы? И какой вопрос?

– О том, что я тоже участвую в экспедиции.

– Ах этот! – с облегчением воскликнул Невменяемый. – Действительно, особых проблем не предвидится. Но мне вчера показалось, что вы не горите желанием быть проводником в нашей группе?

Элиза Майве распрямила плечи и гордо выпятила подбородок:

– Конечно, с моими знаниями и талантами я гожусь для более высокой должности…

– Увы, они уже все заняты, – вставил Кремон в образовавшуюся паузу. Принцесса, словно и не слыша его, продолжала:

– Но прекрасно осознаю важность каждого человека в отряде. Поэтому согласна на роль проводника.

– Э-э-э… – только и сумел выдавить Невменяемый.

– Вас вообще-то характеризовали как человека слова, – с нарочитым удивлением подняла брови принцесса.

– Стараюсь поддерживать свою репутацию. – К Кремону быстро вернулась его всегдашняя невозмутимость. – Но, насколько помню я, вчера моя фраза звучала так: «Если подойдете на роль проводницы…» Отбор в отряд будет очень строгим. Окажетесь самой лучшей среди кандидатов в проводники – будем готовиться вместе. Не покажете необходимых знаний и нужной подготовки – извините, нам не по пути.

С каждым словом Невменяемого плечи принцессы сутулились все сильнее, капюшон вообще съехал почти до подбородка, а затем в повисшей тишине послышалось грозное сопение. Видимо, четверке друзей предстояло пережить новую истерику.

Напряжение за столом достигло апогея. Однако вместо истерических оскорблений из-под капюшона послышалось смиренное лепетание:

– Конечно, я постараюсь доказать, что лучшего проводника вам не найти.

Кремон совершенно растерялся, не зная, как вести себя дальше. Он сразу был категорически против наличия наследницы престола в отряде, но кто же мог подумать, что эта гордая и взбалмошная персона удушит свое высокомерие и согласится на второстепенную, а то и более низкую роль в отряде? Знал бы, сразу ограничил бы количественный состав отряда или сослался бы на свой выбор командира. А теперь, раз уж дал слово, приходится выполнять, проводить некий отбор среди кандидатов.

Пока ему пришло в голову лишь осторожно спросить:

– А вы действительно хорошо знаете подземелья Каррангарр?

– Не хочу хвастаться, – томно проворковала Элиза, вновь приподнимая капюшон и приоткрывая улыбающееся личико. – Но при отборе постараюсь показать наивысшую осведомленность. Вряд ли найдется в нашем королевстве больше двух-трех человек, которые смогут утверждать, что побывали там, где моя нога не ступала.

– Но ведь надо еще уметь ориентироваться в том запутанном лабиринте.

– О, мне даже интересно будет посоревноваться с другими кандидатами в этом! Надеюсь, вы действительно подберете самые сложные задания?

Невменяемый глубокомысленно помолчал и лишь потом ответил:

– Мы еще подумаем над этим вопросом.

В это время подали заказанные блюда, которых оказалось так много и в таких больших количествах, что принцесса воскликнула:

– Да тут хватит на всех! Принесите мне только тарелку и прибор! – А когда прислуга отошла, доверительно прошептала: – Надо же мне хоть иногда проверять, чем питаются мои подданные. А то можно и голодный бунт прозевать…

Никто не осмеливался начать трапезу раньше, чем ее высочество Элиза Майве, а чтобы как-то скрасить голодное ожидание, баронет Шиловски, давясь слюной, верноподданнически промямлил:

– Разве кто-то осмелится бунтовать в вашем присутствии?

– Еще как осмеливаются! – Наследница престола жеманно вздохнула. – Мало того, вы только что были этому свидетелями. Ваш друг не только отказался вручить мне бразды правления отрядом, но и засомневался в моей компетенции проводника.

На этот выпад никто не отреагировал, благоразумно оставив свое мнение при себе.

Тарелку принесли быстро, и, как только принцесса прикоснулась к пище, Кремон подал пример наплевательского отношения к этикету: принялся за еду так рьяно, что даже за соседними столами оборачивались на звук разгрызаемых костей. Бабу, а следом за ним и Алехандро тоже отбросили светские манеры, обязательные во дворце и совершенно излишние здесь.

Лишь Мирта старалась вести себя как аристократически воспитанная дама и пробовала отвлечь Элизу от малоприятного зрелища изголодавшихся мужчин. Какое-то время баронетте удавалось поддерживать разговор ни о чем, но потом она тоже увлеклась изысканными кушаньями, и за столом воцарилась относительная тишина. При этом будущую правительницу старались не только не задевать, но изо всех сил пытались не смотреть в ее сторону, что привело к неожиданным последствиям.

Поначалу поведением других посетителей трактира совершенно не интересовались, мало ли что бывает. Ну затихла вдруг ни с того ни с сего внушительная компания здоровенных матросов, сидящих через два стола позади Кремона, а потом так же резко вновь оживилась, наполнив помещение смехом и сальными шуточками. Затем хохот стал переходить границы разумного, но и это никого не обеспокоило: имеет народ деньги и желание веселиться и упиваться – и на здоровье, невзирая на время суток.

Краем глаза Невменяемый, конечно, заметил немного странное поведение принцессы Элизы. Она то приподнимала капюшон, то потирала пальчиками нос и губки, то ладошками прикрывала глаза, словно от усталости. Однако молодой Эль-Митолан отнес ее действия к попыткам привлечь именно его внимание к ее симпатичному личику. «Значит, вот как она индивидуальный ключик к каждому человеку подбирает? – подумал Кремон с усмешкой. – М-да…»

Первым осознал непредвиденную опасность Алехандро, сидящий лицом к матросам. Он толкнул под столом ногу Кремона, а затем ущипнул себя за мочку уха, требуя прислушаться к разговорам. Вообще-то Кремон и сам уже забеспокоился – слишком громкие и оскорбительные выкрики раздавались у него за спиной.

– Да я этих троих сам одним ударом оглушу!

– Конечно, тот дед и хлюпик гнилые до потрохов…

– А вот здоровяк боец отменный!

– И сам покалечить может!

– Спорим, что с одного удара свалю?

– Спорим! Как обычно?

– Идет! Только вы, ребята, сразу тащите девочек к нам на корабль. Порадуем их нашим вниманием!

– А ты, Пьер, расплатись живо с хозяином да придержи его за стойкой, пусть не суется под кулак. Не то и его зашибем!

По всей вероятности, назревала веселенькая потасовка, и скорее всего прямо здесь, в трактире. Кремон с недоумением огляделся, пытаясь отыскать в помещении компанию из старика, хлюпика и отменного бойца, и не сразу сообразил, что пятеро матросов поспешно пробираются между столами прямо к нему. Еще шестеро обходили их стол с флангов, а один, самый молодой и франтоватый, устремился к двери, ведущей на кухню. Но самое главное – все остальные посетители трактира не сводили взглядов только с них: седого «деда» и двух его товарищей.

Два самых мощных матроса попытались с ходу размазать колдуна по лавке сдвоенным ударом, занеся кулачищи над собой. Один даже успел удивиться:

– Да он и не старый вовсе…

В следующее мгновение оба получили коваными каблуками ботинок по зубам. Невменяемый не успевал применить надлежащую защитную магию в таком маленьком пространстве, поэтому резко нагнулся грудью к столешнице, выдернул ноги из-под лавки и одним рывком толкнул свое тело назад. Хруст зубов и сдавленное оханье не остановило других напирающих сзади матросов. Тем более что подобная прыть неожиданно оказавшегося молодым дедка их только разозлила и раззадорила. Двое угрюмых детин, набежавшие с флангов, рухнули на поднимающегося с пола Кремона, пытаясь удержать его руки в захватах. Еще двое навалились сверху, стремясь добраться до горла временно поверженного противника. На пострадавших от удара его каблуков в горячке драки никто не обратил внимания, хотя один упал без сознания сразу, а другой с мычанием пополз в выбранном наугад направлении.

Среди остальных пяти матросов как раз и оказался тот, который намеревался одним ударом оглушить так сильно «понравившегося» ему Бабу. Но тот уже давно не был тем простым и добрым крестьянским увальнем, с которым судьба свела молодого Кремона в Агване. За многие месяцы усиленных и беспощадных тренировок Бабу превратился в хорошо отлаженную машину для выполнения любых задач. А уж доброту и сожаление к ближнему Ганби Коперрульф вместе с Хлеби Избавляющим постарались выбить из него в первую очередь. Поэтому церемониться парень в драке не стал, а просто и незатейливо встретил несущегося на него амбала ударом короткой скамейки по лбу.

Затем Бабу с разворота вышиб дыхание еще у одного драчуна и тоже оказался повален сразу двумя слаженно действующими матросами.

Таким образом, против Алехандро остались лишь двое самых слабых противников. Как раз те, кто намеревался хватать девушек и тащить на корабль. Один тут же получил от баронета удар мечом плашмя по затылку, а второй бросился под защиту своего товарища, который в недоумении замер возле двери в кухонные помещения. Уже вдвоем они выхватили длинные, изогнутые ножи и принялись с трудом отбиваться от наседавшего на них Алехандро.

Тем временем Мирта Шиловски, обидевшись, что на нее никто не нападает, решила сама поискать себе объекты для разминки. Матросы совершенно напрасно сбросили ее со счетов, а ведь она могла без труда справиться с парой-тройкой таких разгильдяев. Что она и решила сделать, не отходя от места драки. Со всего маху она заехала носком своего сапожка в висок одному из четверых нападавших, пытавшихся удержать на полу Кремона. Матрос сразу обмяк и отвалился в сторону, словно сытая пиявка. В следующий момент Мирта благоразумно отскочила, чтобы избежать мельницы из ног и рук, в которой Невменяемый, разозлившись не на шутку, перемалывал свои несчастные жертвы.

Затем баронетта Шиловски таким же ударом нацелилась в висок моряка, рычавшего возле Бабу, но личный телохранитель Кремона и сам справился с двумя непутевыми обидчиками. Одного он со всей силы приложил лбом о ножку стола, а второму так наподдал коленкой по печени, что бедняга скрутился бубликом да и остался вращаться на полу с открытым ртом.

В следующую секунду и Мирта, и Бабу уже стояли над дергавшимися от боли телами моряков, павших от рук и ног разбушевавшегося Кремона. А сам колдун огромными скачками бросился наперерез двум противникам, оставшимся на ногах. Они оказались самыми сообразительными и теперь во всю прыть неслись к выходу, оставив позади себя набирающего скорость Алехандро.

Предпоследнего моряка Невменяемый сбил ударом по корпусу, и тот зарылся носом под ближайший стол. Его перепуганный товарищ перескочил последнюю лавку и рыбкой нырнул в приоткрытую дверь, уже на улице припустив во все лопатки. Алехандро тоже выскочил на крыльцо и с удивлением наблюдал, как Кремон, медленно сокращая разрыв между собой и преследуемым моряком, свернул за угол, успев жестом подать сигнал: «Оставайтесь на месте».

Стоящий у коновязи Торнадо весело всхрапнул вслед своему хозяину, как бы намекая воспользоваться для погони его помощью, но хозяин, видимо, берег его для дел поважнее, чем поимка ничего не значащего человечка.

Минут через десять молодой колдун выбежал из-за угла, неспешной трусцой приблизился к трактиру и хлопнул баронета по плечу:

– Пойдем, мой друг, доедать обед.

Как ни странно, большого погрома внутри помещения удалось избежать. Даже стол, подвергшийся нападению компании, не пострадал. Хотя хозяин уже стоял рядом, уперев кулаки в бока и с грозным видом озирая ползающих по полу моряков. Однако главный вопрос он все-таки задал садящемуся на свое место седому парню:

– А кто будет платить за ущерб?

Ответ поверг в изумление всех присутствующих:

– По составленному вами счету выплату произведет казначей ее величества. Также будут выплачены денежные компенсации всем пострадавшим морякам.

После этих слов даже пресловутые «пострадавшие» ошарашенно замерли и прекратили стонать. В первую очередь всех поразил не факт, что никому не известный человек позволяет себе так распоряжаться. Такое иногда происходило в столице Спегото, ибо если бы кто-то осмелился это сделать, не имея огромных полномочий, ему вскоре грозила весьма жестокая публичная казнь – ведь сбежать из Салии за один день вряд ли кому удастся, а за это время любой обман вскроется и виновный будет найден.

В данный момент никто не мог понять другого: почему вообще за эту драку будет расплачиваться королевское казначейство? Оно-то тут при чем? Может, потому что пострадали моряки, состоящие на государственной службе? Но те и близко непохожи были на офицеров или матросов, состоящих на службе ее королевского величества. Как, впрочем, и на моряков ее торгового флота. Значит?..

Из всех присутствующих только седой парень, так лихо разметавший драчунов и не получивший при этом ни одной заметной ссадины, не задавался этим вопросом. Вместо этого он так гаркнул, что хозяин таверны вздрогнул и присел от неожиданности:

– Что стоишь, как столб?! Живо подавай десерт! И прикажи слугам усадить этих бесстрашных покорителей океана на их места и пополнить их опустевшие кувшины отменным вином!

Несколько взмахов полотенцем – и расторопные слуги выполнили все пожелания. Десерт был подан на стол и тут же стал благополучно уничтожаться разогревшимися после потасовки парнями и не менее воинственно настроенной дамой. Вторая же дама, полностью скрывшись в глубокой тени своего капюшона, сидела не шевелясь, словно пытаясь изобразить свое полное отсутствие.

Морякам помогли вернуться за стол. Некоторых пришлось приводить в сознание с помощью холодной воды и льда. Одного погрузили на носилки и вынесли через дверь – в одном из соседних домов проживал лекарь. Наименее пострадавшие тут же потянулись к принесенным кувшинам и с озабоченным видом пробовали одно из самых лучших местных вин. Само собой, хозяин, раз пообещали хорошо заплатить, решил подзаработать и продать как можно больше редко пользующегося спросом товара.

Все остальные посетители трактира, а их в полупустом зале было около тридцати человек, так и продолжали сидеть, словно околдованные, стараясь не пропустить ни единого слова или жеста. Когда еще им случится увидеть такое в своей скучной и размеренной жизни?

Кремон доел свою весьма внушительную порцию десерта, запил кубком чистой воды, громко крякнул и обратился к своему личному телохранителю: