Товарищ Сержант E-Book

Глава 1

– То чувство, когда ты испытываешь абсолютную радость и гордость за то, что являешься частью ТАКОЙ системы, разве не в этом заключается счастье? Счастье, оно же не только в мелочах: в пробирке вкусного раствора, в красивой девушке, которая сказала тебе на улице, что ты мило улыбаешься. Счастье – это что-то большее, это значит ощущать себя частью важного и нужного. Я стремлюсь к абсолютному счастью, и, мне кажется, что скоро смогу его почувствовать. Или я уже? Да нет, как я могу быть уже, если я сам секунду назад подумал, что оно скоро полностью поглотит меня. И я наконец стану абсолютно счастливым человеком, обрету этот душевный покой. Совершенно не верится, что в далеком прошлом, когда мои предки отвечали на вопрос, счастлив ли ты жить в своей стране, они говорили: «Нет». Хотя чему я удивляюсь, что за страна тогда была, о каком душевном покое могла идти речь, когда все вокруг запрещали, и людям не давали высказывать свое мнение, все сидели, тихо поджав хвосты, и боялись выступать против власти. А теперь мы живем в эпоху полной свободы слова, больше никто никого не ограничивает, никто не говорит о толерантности. Да и вообще, как в стране они могут одновременно функционировать толерантность и свобода слова, если являются полными противоположностями друг друга. В одном случае ты видишь особенности человека и говоришь ему об этих особенностях в лицо, а если ты либеральных взглядов, то не можешь об этом и заикнуться. Получается, что такое мягкое общество строится на постоянном умалчивании и отсутствии истинной правды. И мне, конечно, совсем не хотелось бы жить в такой среде, где люди друг друга обманывают. Как же здорово, что наши предки встали на защиту себя и наконец поняли, что нужно бороться и отстаивать свое мнение и возможность говорить правду друг другу в лицо. Даже не представляю, каким бы был мой мир, если бы не произошла та Великая Честная Революция, давшая нашей стране просветление. Когда в 1991 году советская власть исчерпала себя, наши предки изменили ход истории, не стали вести прозападную политику, а продолжили направлять Россию по своему собственному пути. Они вернулись к монархической форме правления, обратившись к истокам истинной российской государственности. Они избрали Юрия II Покровского царем и заложили в основы общества заветы, которые мы почитаем по сей день: счастье и правда. Обещав перед Богом править страной в абсолютной правде перед своими подданными, наш выдающийся царь создал уникальную державу, где мы никогда друг друга не обманываем и ничего не умалчиваем. Благодаря этому принципу народ живет в полном равновесии с правительством, и каждый гражданин чувствует себя счастливым. И как же я ему благодарен! Как же я СЧАСТЛИВ жить в этой Великой России Будущего! Уже восемь, пора собираться на работу. Сегодня особенный день. Надеюсь, что он пройдет отлично.

Василий еще недолго пялился в потолок, затем потянулся, надел на указательный палец левой руки кольцо связи и опустил ноги на пол, потом поднял глаза на окно.

– Свет.

В ту же секунду тонированные черные стекла начали постепенно высветляться, пока не стали полностью прозрачными. В комнату попали яркие лучи летнего утреннего солнца и окрасили стены теплым желто-оранжевым светом. Сама комната была небольшого размера. В древние времена такие квартиры считались бы совершенно микроскопическими, а дома, в которых они находились, называли бы человейниками. Его дом стоял в обычном спальном районе Москвы. Среди башен новостроек-гигантов он был высотой всего в шестьдесят три этажа и представлял собой нечто похожее на длинный винт с этажами-гайками на нем, каждая из которых имела бесконечное количество граней. А эта маленькая грань, в свою очередь, была окном, из которого, благодаря такой необычной архитектуре, открывался сумасшедший вид на город.

Василий подошел к окну и дотронулся до стекла. В момент прикосновения он почувствовал небольшой холод, но почти сразу подушечки пальцев стали наполняться теплом, что вызвало у него непреодолимое желание улыбнуться.

– Этот вид каждый день просто сводит меня с ума! – закрыв глаза и продолжая сиять от счастья, Василий полной грудью выдохнул воздух и резко повернулся.

– Завтрак, меню «Суббота». Я сегодня буду очень интересным человеком. Начну неделю с субботнего завтрака, – сказал он и засмеялся во весь голос.

Из аппарата, похожего на древние кофемашины медленно протянулась стеклянная колба Эрленмейера, содержимое которой было похоже на вязкую голубую жидкость с переливающимися блестками. Василий взял колбу, подошел к окну и стал медленно потягивать свой напиток.

– Безупречное сочетание, – промолвил он, причмокивая губами и наслаждаясь каждой каплей голубой субстанции, смак которой менялся в зависимости от количества, оставшегося в колбе. Начинаясь со сладковатого молочного капучино, он постепенно трансформировался в свежеиспеченный круассан, а заканчивался этот вкусовой коктейль миксом свежих тропических фруктов.

После витаминного заряда Василий подошел к шкафу, откуда на него вывалилась целая гора разнообразной одежды серого цвета.

– Не сейчас… где же он? – немного покопавшись, он вытащил свой любимый костюм-комбинезон, натянул его и, улыбаясь, посмотрелся на себя в зеркало. Василий был молодым парнем сорока пяти лет с ярко блестящими счастливыми голубыми глазами и светлыми волосами. – Даже не верится, что в древние времена в моем молодом возрасте люди уже считались зрелыми. Интересно, если бы великие русские ученые не изобрели жидкую еду, то каким был бы наш мир? Это открытие по степени своего величия соизмеримо с изобретением колеса. Ведь теперь люди стали жить намного дольше, наши организмы получают все полезные вещества в полном объеме. И, что самое главное, людям больше не приходится убивать животных, чтобы их есть. Благодаря скачку науки мир так круто изменился! Конечно, есть страны, в которых до сих пор приходится выращивать пропитание и заниматься животноводством, но это все развивающиеся страны, где люди несчастливы и живут плохо и бедно.

Взглянув на себя в отражение, он встряхнул головой и отбросил назад копну кудрей, прикрывавших лоб. На его глазах цвет ткани костюма начал постепенно преображаться, и блеклый серый сменился нежным горчично-желтым оттенком, от которого глаза Василия заблестели еще ярче. Открыв верхний ящик шкафа, он достал блестящую изумрудно-зеленую медаль и с гордостью водрузил ее на шею, после этого он засунул в ухо наушник, повесил на плечо бельтбег и тихонько захлопнул дверцы шкафа.

– Теперь можно отправляться на работу, – весело сказал Василий, перебирая пальцами свою медаль, и направился в сторону выхода. Открыв дверь в общий холл, он оказался в большом круглом зале. По всей длине стены располагались одинаковые двери его соседей, из которых тоже выходили люди и торопились по своим делам. В центре холла располагался вертикальный туннель, в котором периодически мелькали аэромашины-капсулы с сидящими внутри людьми. Одна из аэромашин остановилась напротив Василия и гостеприимно опустила стеклянную дверь, приглашая хозяина занять свое место.

– На работу, автопилот, – улыбаясь прошептал Василий, пристегивая себя ремнем безопасности. Тут же аэромашина подняла дверь и полетела вверх по тоннелю, вклиниваясь в потоки других аэроавтомобилей, мчащих своих пассажиров.

– Сегодня так много людей в розовом! Где же они все работают, и чем же они занимаются, что стали такого цвета…

– Ты что вылупился?! Слишком счастливый?! Сейчас я тебе настроение испорчу, посмотрим, как ты закраснеешь после этого! – проорала недовольная дама в ярко-красном платье, вытянувшаяся из окна пролетавшего мимо транспортного средства.

– Женщина, я не виноват, что ваш день начался так плохо! Я понимаю, что могу раздражать вас своим настроением, но я имею право на него, как и любой другой в нашей стране. Хорошего дня! – крикнул Василий в сторону.

– Она так недовольна жизнью, это очень-очень печально. Я должен изменить что-то, чтобы в нашей великой стране стало меньше людей в розовом, и особенно в красном. Что могло сделать ее такой злой? Неужели она не может выбрать себе хорошие рецепты для завтрака? Или из ее окна открывается некрасивый вид на наш город? Да нет! Это просто невозможно! Здесь же все создано для того, чтобы все мы граждане Великой Страны были одинаково счастливы. Все до единого. Скорее всего, она просто плохо работает и недовольна собой, поэтому она такая красная… Ого! Мы уже добрались! Ничего себе, как мысли о той странной женщине отвлекли меня от дороги. Не представляю, как в древности люди ездили без автопилотов? Как они избегали аварий? Почему сегодня я так часто вспоминаю о прошлом?

Дверь аэромобиля снова опустилась и оттуда вышел веселый и улыбающийся Василий. В огромном амбаре, куда прибывали аэромашины одна за другой, уже практически закончились парковочные места и людям приходилось осторожно протискиваться между транспортом. Все стремились побыстрее пройти вперед и встать в очередь на досмотр.

– Доброе утро! – говорил Василий свои коллегам, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую, и кивая знакомым лицам.

– Софья Семеновна, вы сегодня прекрасно выглядите! – весело добавил он женщине средних лет в желтой рубашке и брюках с завышенной талией.

– Спасибо, Силли! А твои глаза сияют ярче обычного! У тебя вечером какие-то интересные планы?

– У меня сегодня будет потрясающий день! У меня запланирован выход в город за сбором образцов. Уже жду не дождусь двенадцати часов!

– Точно! Я так рада за тебя! Я помню свой выход. Это было так волнительно! До сих пор мурашки по телу от этих воспоминаний! Загляни завтра ко мне, расскажешь, как все пройдет. Я буду ждать!

Василий улыбнулся, в этот момент подошла его очередь. Он посмотрел в лицо строгого охранника, назвал свое имя и поднял высоко вверх свою зеленую медаль.

– Проверка пройдена, – сказал охранник и открыл цифровой турникет с лазерными барьерами.

Василий прошел вперед и оказался в огромном холле. Он, как обычно, бросил взгляд на мозаичное окно в потолке в форме звезды, которое пропускало через себя солнечный свет и разбрасывало разноцветные лучи по всему помещению.

– Как красиво! Как всегда, потрясающе красиво! – промолвил Василий и опустил глаза. Вокруг него сновали люди. Подавляющее большинство было одето в желтую одежду, они проходили, мимо улыбаясь, и, делая друг другу комплименты, у всех на груди висели зеленые медали разных форм и размеров. Василий задержался в холле еще на пару секунд и поспешил в стеклянный лифт, который привез его на нужный этаж.

– Доброе утро, коллеги! – сказал он, войдя в свой кабинет. Все поздоровались в ответ и наградили друг друга широченными улыбками. После обсуждения выходных они уставились на столы с мониторами и принялись прослушивать информацию и распоряжения руководства.

Через несколько часов непрерывной работы Василий встал со своего места, потянулся, махнул рукой коллегам и вышел из кабинета. Он направился в подвал к завхозу предприятия, где позвонил в звонок и сделал приветственное движение рукой в камеру у входа, дождался, пока дверь полностью отъедет в проем в стене и, проходя в помещение, произнес:

– Иван Иванович, вы здесь? Это Василий. У меня сегодня выход в город, и я пришел за снаряжением.

– Проходи, Силли! У тебя выход в город? Поздравляю! Такой день! Дай пожму твою руку, – сказал мужчина в возрасте, вытягивая вперед руку, и во время приветствия, по-отцовски приобнимая молодого парня. – Помню свой выход. Эмоций было – целый вагон! Желаю, чтобы все прошло спокойно! Да что я буду говорить, ты умный малый и сам все знаешь!

– Спасибо, Иван Иванович! – смущенно сказал Василий.

Мужчина прошел вглубь своего кабинета, оглядывая сверху вниз полки с коробками разных форм и размеров. Вскоре он вернулся, держа в руках большой полупрозрачный ящик. Бережно открыв крышку, он с большой осторожностью достал два предмета и протянул Силли серо-бежевый плащ и маленький серый чемоданчик.

– Этот плащ сделан из древней ткани, она отличается от той, которую ты привык видеть в обычных магазинах. В ней нет датчиков для измерения частоты сердцебиения и отслеживания эмоционального состояния. Из-за этого цвет плаща совсем не меняется, а всегда остается серым. Никогда! Слышишь, никогда не снимай его, пока будешь в городе! Мало ли что может случиться, и кого ты можешь встретить на периферии. Тебе надо будет поехать в неблагополучный район, а ты знаешь, что они все кишат опасными людьми. Помни, ты просто идешь добыть образцы и принести их на изучение в лабораторию.

– Подождите, Иван Иванович, а как такое возможно? – сказал Василий, восхищаясь причудливым объектом и не обращая внимания на предупреждения со стороны коллеги, с выпученными глазами продолжив рассматривать необычный предмет. – Он действительно не меняет цвета! Это магия, Иван Иванович! Я, конечно, слышал, что жизнь древних была наполнена волшебством, но даже представить не мог, что однажды столкнусь с ней напрямую!

– А древние бы точно сказали, что это мы с тобой живем в мире магии, где одежда волшебным образом чувствует своего хозяина, – смеясь произнес Иван Иванович. – А это всего лишь хлопок. Вся их одежда была из него сделана. А мы храним такие вещи, как раз на случай выходов работников в город. Теперь посмотри на чемодан. В нем три пробирки и реагент. Тебе в канцелярии должны были выдать лист с тремя местами для взятия образцов. Собери их в эти пробирки, и как вернешься, первым делом отнеси их в лабораторию, а затем уже ко мне – сдать чемодан и плащ. Наверное, тебя уже предупредили, но я повторюсь еще раз. Ты за эти вещи, как говорится, «отвечаешь головой», пробирки и их содержимое – очень ценны, и ни в коем случае не оставляй их без присмотра! Они ни в коем случае не должны попасть в руки посторонних! Срок годности реагента тоже ограничен, поэтому, если ты задержишься, то весь эксперимент можно считать проваленным, а тебя привлекут к ответственности. Теперь повернись и посмотри вот в эту камеру, а я отсканирую твою сетчатку для соблюдения всех формальностей. Назови, пожалуйста, полное имя и дай медаль.

Выполнив протокол, Иван Иванович добавил:

– Теперь можешь идти! Жду тебя вечером! Удачи!

– Спасибо, Иван Иванович! До вечера! – крикнул Василий, уже выбегая из комнаты. После этого он спешно направился к главному выходу из здания.

– Никогда в жизни я не пользовался парадным входом, всегда прилетал только на аэромашине. Как же это странно. Я совсем не понимаю, что чувствую. Просто буря эмоций. Как будто даже боюсь немного. Но это приятный страх, больше похожий на волнение перед приключением, – успокаивал себя молодой человек.

Василий аккуратно поправил свой плащ и открыл входную дверь. В лицо ему тут же ударили солнечные лучи, и он невольно зажмурился. Ему понадобилось некоторое время, чтобы глаза привыкли к яркому свету, после чего он достал из своего бельтбега винтажные солнечные очки – причудливый аксессуар, доставшийся ему в наследство от дедушки – и оглянулся по сторонам. Вокруг сновали толпы прохожих, они все спешили по своим делам, явно не замечая друг друга. При этом улица была привычно наполнена знакомыми звуками: голосами проходящих мимо людей и сигналами пролетающих мимо аэромашин.

Василий направился в сторону метро.

– Сколько же здесь людей! Почему они сейчас здесь, вместо того, чтобы быть на работе и трудиться на благо развития страны? Эх, какой бы могла быть Россия, если бы все люди серьезно относились к своему совершенствованию, старались, а не бездельничали, тогда бы мы жили в еще лучшем мире.

За разными мыслями он не заметил, как дошел до входа в метро. Спустившись на станцию, Силли первым делом отправился на поиск схемы метрополитена. Несмотря на то, что он родился и прожил в Москве всю свою жизнь, он всегда перемещался только на аэромобиле. Когда он был совсем маленьким, то обожал слушать рассказы своего дедушки о метро, о его истории, вагонах и станциях неведомой красоты, которые были построены еще в далекие времена и изображали культуру и привычки древних жителей страны. Увидев карту, он был крайне удивлен: она представляла собой огромное пересечение разноцветных линий, а станции метро были пронумерованы. Нажав на кнопку, он передал свой пункт назначения в систему. Его кольцо завибрировало, дав сигнал владельцу, что информация о маршруте уже поступила на передатчик. Он сжал кулак левой руки, быстро разжал его и на световой проекции на руке появился план поездки с подробной схемой следования. Зайдя в вагон, он с жутким интересом начал разглядывать всех пассажиров, как вдруг двери за ним с громким звуком опустились, и поезд полетел вперед. Василий еле успел схватиться за перила, отчего поймал на себе взгляды половины вагона и насмешливые выкрики в свою сторону.

– Я первый раз в метро, – попытался оправдаться Василий, но всем вокруг было абсолютно все равно на то, что он говорил. – А здесь так много людей в красном и сером, – добавил он тихо, оглядываясь по сторонам.

Кольцо завибрировало, и голос в наушнике произнес: «ваша станция, после выхода из вагона пройдите направо, поднимитесь по эскалатору и перейдите на коричневую линию метро, затем еще три станции в северном направлении». Доехав до нужной станции, Василий поднялся по эскалатору и оказался на улице. Несколько раз он уже бывал в этом районе, и обстановка показалась ему очень комфортной. Увидев неподалеку свободную скамейку, он направился к ней, и, нерасторопно усевшись, раскрыл чемодан. В нем в ряд лежали три пробирки, каждая из которых была подписана соответствующей цифрой, а внизу располагался шприц с реагентом и тремя засечками на нем. Василий открыл первую пробирку, несколько раз взмахнул ей в воздухе, после этого добавил в нее жидкость из шприца, осторожно вставил пробку внутрь и несколько раз потряс пробиркой в руке. На его глазах прозрачный цвет жидкости стал приобретать желтоватый оттенок.

– Кто бы сомневался, – улыбаясь прошептал Василий, приблизив пробирку к глазам. – Пора выдвигаться на вторую точку для взятия образца.

Он направился к метро, и во второй раз, уже как постоянный пользователь, он с легкостью получил маршрут следования, разобрался, куда ему идти, дождался поезда, но немного замешкавшись при входе, тут же получил локтем в спину от недовольного старика в ярко-красном костюме, который даже после входа в вагон продолжал бросать колкости в адрес Силли.

– Я все так же неловко себя чувствую, но я обязательно справлюсь со своей работой, все будут мной очень гордиться потому что, то, что я делаю – это помощь нашему обществу и нашей стране, – нервно произнес Василий, пытаясь подбодрить себя мотивационными речами. В этот раз поездка заняла немного больше времени. Выйдя из метро, Василий оказался в обычном спальном районе, в похожем на тот, в котором жил сам. Везде была типовая застройка небоскребами, некоторые из них словно закрывали небо своими верхушками, другие же казались совсем крохотными по сравнению с соседними гигантами. Быстро сориентировавшись в пространстве, Василий нашел скамейку и повторил процедуру с реагентом, но уже со второй пробиркой. Реагент постепенно обрел желтый оттенок, но имел небольшие красные вкрапления.

– Совсем как в моем районе. Большинство из моих соседей счастливы и довольны своей жизнью, но есть и те, кто продолжают оставаться недовольными всем вокруг. Эти люди просто убивают меня. Как они так живут? – возмутившись от всей души, он спрятал пробирку обратно в чемодан. – Теперь самое сложное. Но у меня все получится! Я немного нервничаю, но скоро это пройдет.

Василий отправился обратно к метро. Теперь ему предстоял очень длинный путь на одну из последних станций подземки. Он был крайне увлечен изменением контингента своих попутчиков, воочию наблюдал, как сменялась публика в вагоне, как количество людей в желтых оттенках одежды постепенно уменьшалось, а вскоре они исчезли из виду совсем, а их места занимали люди в красном, к которым вскоре стало подключаться все большее количество людей в сером. В такой серой массе Василий в своем плаще выглядел очень органично и совсем не выделялся среди местных.

Поднявшись в город, парень огляделся.

– Мне не по себе, – сказал он, почувствовав себя совершенно не в своей тарелке. – Надо побыстрее взять образец и уезжать отсюда, пока ничего не произошло.

Он посмотрел налево и увидел вдалеке небольшой сквер с большим количеством скамеек. По пути в сквер его внимание привлек большой угольно-черный куб. Со всех его сторон были нарисованы символы, которые представляли собой большие белые круги-лица с красным крестами на уровне губ. Вокруг куба ходили люди в черных одеяниях и масках. Рты были заклеены широкими полосками красной клейкой ленты, а из этой импровизированной постройки доносился очень тихий голос, который еле слышно произносил: «Ш-ш-ш».

– Что это? – глаза Василия так расширились от удивления, какими не были никогда. Он в первый раз в жизни испытывал такие эмоции и не подозревал, как они называются. Силли осторожно отодвинул свой плащ и удивился еще больше: его комбинезон, который практически всегда был любимого желтого цвета, вдруг стал ярко-оранжевым. Это так выбило Василия из колеи, что он на некоторое время даже потерял дар речи. Вдруг он почувствовал на своем плече чужое прикосновение. Резко обернувшись, Василий только открыл рот, чтобы произнести слово, как мужчина, стоявший за ним, поднес палец к губам, подавая знак молчать. Человек был одним из работников черного куба, он был высокого роста, одет в черный комбинезон, на лице была черная глухая балаклава, откуда, при всем этом общем пугающем образе, на Силли глядели очень добрые карие глаза. Они как будто окутывали Василия теплом, и в этот момент он почувствовал себя очень спокойно, как будто знал этого человека всю жизнь. На несколько секунд он выпал из происходящего, но вернувшись в себя, Василий отстранился и поспешил отойти подальше, периодически оглядываясь на мужчину, который продолжал смотреть на него глазами полными братской нежности.

– Мне нужно поскорее собрать материал и выбираться отсюда, – шептал себе под нос Василий. Он осторожно направился в сторону сквера; делая каждый шаг, он украдкой оглядывался по сторонам, надеясь, что станет абсолютно невидимым и не привлечет ничьего внимания.

Мимо него мелькали подозрительные люди. Силли не различал их лиц, страх настолько завладел его сознанием, что для него они все слились в одну большую серо-красную агрессивно настроенную массу, и, противореча законам оптики, лучиком света в которой сверкал мужчина в черном костюме с удивительно добрыми глазами.

– Дыхательная техника, дыхательная техника, – повторял себе под нос Василий и глубоко дышал. Добравшись до скамейки, он как сапер очень осторожно раскрыл чемодан и, затаив дыхание, достал оттуда пробирку с цифрой три и реагент. Совершив все манипуляции на одном дыхании, он поспешил убрать лабораторную посуду обратно в чемодан, бросив краткий взгляд на цвет содержимого колбы, который постепенно приобретал красный оттенок.

– Эй! Что там делаешь? – донеслось откуда-то.

Василий повернул голову и увидел у себя за спиной группу молодых парней в красном. Все они выглядели очень вызывающе, скучающе и явно искали приключений, чтобы разнообразить свой день. Силли быстро встал со скамьи и нервно бросил:

– Я... Я делаю научный эксперимент, но уже закончил и собираюсь уходить.

– Ты что, из ЭТИХ? Что ты забыл у нас на районе? Слышал, Чекан, у нас тут гости. А мы незваных гостей не любим, – сказал один из ребят. Он был высокий, но постоянно сутулился. Произнося каждое слово, он отыгрывал его всем телом, из-за чего речь казалась более грубой и дерзкой. Швырнув последнюю фразу в Силли, он резко пошел к нему. Василию ничего не оставалось, как начать пятиться назад.

– Пожалуйста, не трогайте меня, дайте мне уйти! Что вам от меня нужно? Я же просто делал свою работу, я никого не… – Силли не смог закончить свою фразу, потому что самый развязный из ребят уже подошел вплотную к нему и взял его за грудки.

– Парень, ты не прав, потому что посмел прийти сюда. Станешь примером для таких выродков, как ты! Строите из себя господ, а из нас сделали отбросов. Раз таким как мы нельзя появляться в центре, то такие как вы не посмеют ступать на нашу территорию.