Существо E-Book

1

Тьма поглощала меня с каждой секундой падения. Я летел вниз, словно раненая птица с небесной высоты. Внутри рванула бомба животного страха. Куда лечу, сам не знал, но смиренно принимал гибель. «Все будет кончено», – в тот миг подумал прежде, чем столкнуться с землей и переломать все кости…

– Мистер, Роуган! – строгий голос нашего преподавателя по литературе назвал мою фамилию. И чуть приоткрыв глаза, почувствовал, что мне в лицо попала скомканная бумажка, и пошли смешки. Я уснул?!

– Роуган, вы, наверное, не в курсе, но сюда приходят учиться,

– Извините, – потирал я заспанное лицо.

Извинение не сработало, и мне поручили писать сочинение по теме, которую проспал. Могло быть и хуже…

Прослушав лекцию о себе и узнав из нее немало плохого, поспешил на выход, так как, к превеликому счастью, прозвенел звонок. Единственное, что грело душу, так тот факт, что все пары закончились.

– Кто помешал нашему Маркусу этой ночью уснуть? – положил мне на плечо тяжелую руку Томас, намекая на пошлость.

– Статистика,

– И как она тебе? – улыбаясь, спросил он.

– С характером. Немного сложная. Во многих случаях непонятная. И уж слишком расчетливая.

– Старик, они все такие. – рассмеялся друг.

Да, он прав, если это был намек на женский пол. Если это правда, то это уж точно не про Стефани. Она не походила на статистику. Подруга отличалась от других представительниц женского пола. Интересная и весьма симпатичная, она была умна, хорошо воспитана и коммуникабельна. Уже третий год мы учимся с ней на одном факультете, а я все продолжаю бояться рассказать, что испытываю к ней симпатию.

Если уже говорить о Томасе, то он был позитивным, но ленивым. Он не был смазливым красавцем, но мог найти подход к каждой девушке. Ему стоило снизить тон и сделать комплимент. Меня всегда радовала его белая мочалка, которая все время попадала ему в глаза. Его темно-зеленые глаза.

– Кстати, завтра едем на экскурсию. Ты с нами? – Томас радостно скалил зубы. Его вдохновила перспектива прогулять учебу на законных основаниях.

– Не знал, что в университете организовывают экскурсии,

– Дай университету побыть школой,

– Ты хотел сказать адом? – вздернуло меня от одного лишь воспоминания.

– Ты ушел от темы, – напомнил друг про экскурсию.

– Не знаю. Я лучше завтра посплю, – с сомнением отозвался я.

– А если там будет Стефани? – знал он, на что давить.

– С чего ты взял?

– Я спрашивал ее, – игриво двигал он бровями, кокетничая со мной. Его роль девчонки насмешила.

– Не прокатит,

– Да. Я не спрашивал ее, – сдался друг. Удивительно, что сразу. Видимо, понял, что за три года учебы я его хорошенько выучил.

– Ну, а сам ты не хочешь спросить? – кивнул он в сторону Стефани. Она стояла совсем неподалеку от нас и разговаривала с Эллин. Каштановые волосы Стефани блестели на солнце и красиво развевались от несильного ветерка. Она выглядела отлично. Впрочем, как и всегда. Заметив мой взгляд, Стефани покраснела, но тут же продолжила беседу.

– Хааааарриииииис, – пропел под ухом Томас, дразня меня этим. Мол, я зануда и трус. Друг не так давно заимел привычку обзывать меня «ХАРИСом». Это наш преподаватель по статистике – Мистер Харрис. Томас говорит, что я на него похож. Много занудствую, и до тошноты ответственен.

– Да иди ты в ж… – не успел я договорить, как меня перебил голос Стефани. Сердце бешено заколотилось от ее неожиданного приближения.

– Привет, Маркус, – с нежностью поприветствовала она.

– Привет, – краем глаза заметил ухмыляющегося Томаса.

– Я пойду. Кое-что забыл, – заспешил Томас и направился к лестнице. Он так спешил, что случайно сбил одну из студенток старших курсов. Ну, тут уже грех было не посмеяться. Друг так сильно врезался в нее, что та свалилась посреди коридора. Я всеми силами пытался сдержать смех, но пошли слезы истерики. Мне было невыгодно выставить себя в таком свете. Человеком, который смеется, когда другому больно. Томас стал помогать бедной девушке встать, извиняясь перед ней, а я не мог остановиться. В мозг настолько впечаталась эта нелепая ситуация, что все время, пока я стоял и старался остановить смех, мозг, как на зло, прокручивал снова и снова этот смешной момент.

– Надеюсь, она не сильно ушиблась, – с сочувствием отнеслась Стефани к старшекурснице. От Стефани пахло цветочным ароматом весны, хотя сейчас стояла осень. Этот запах привел меня в чувства. Вытирая слезы от смеха, я попробовал оправдаться:

– Ну… она вроде ходит, – неудачная попытка. А точнее, это было ужасно. Кто-нибудь сотрет с моей памяти этот момент?! Снова пробирало на смех. «Думай о голодающих мокрых котятах». Лучше вспомнить учебник по статистике…

– Я могу помочь тебе, –  она резко перевела тему.

От неожиданности я поглупел и позабыл обо всем на свете. Но несколько секунд спустя вспомнил, о чем говорила подруга.

– Ах да, сочинение, – мысленно шлепнул себя по лбу.

– Эту тему я хорошо знаю и подумала, что не будет лишним тебе помочь,

Либо она считает меня слишком глупым, либо просто под этим предлогом решила провести со мной время. Ну, а мне-то, какая разница? Почему бы не воспользоваться этим? Конечно же, согласился.

Стефани предложила послезавтра встретиться в городской библиотеке. «Там можно поймать хороший настрой», – так она сказала.

– Договорились? – спросила подруга.

Звук сигнала машины прервал наш разговор. За ней приехала мама. Засуетившись, Стефани поспешила попрощаться:

– Договорились, Маркус. – удостоив меня своей обезоруживающей улыбкой, побежала к машине.

Мы были не похожи даже этим: она ездила домой на BMW m5, а я на вонючем метро. Библиотека! Как я мог согласиться?! Моя однокомнатная квартира всегда пуста, а я иду писать сочинение с девушкой, которая мне нравится, в библиотеку! Стефани была местная, а я приехал в Бостон из Вермонта. Везет ей… наверное.

Розыскав Томаса, заскочил с ним в автобус, затем в отходящий вагон метро. Вжались в поручни, потому что свободных мест не было.

– Ну, что она ответила? – задыхаясь спросил Томас, что весьма предсказуемо.

Его всегда пробирало на разговорчики про нас со Стефани. Уже третий год жалею о том, что рассказал другу, о своих чувствах к Спаркс.

– Кто? Стефани?

– Нет, наша инспекторша. Конечно Стефани!

– Это уже по твоей части. Ты же любишь женщин постарше, – теперь пришла моя очередь поглумиться над Томасом. И по пятибалльной шкале друг оценил эту шутку – ударом в живот шутника.

– Я не спрашивал, выдержал паузу.

– Она сама предложила мне помощь с сочинением,

– И что ты ответил? – Томаса распирало любопытством.

– Согласился,

– Она должна будет приехать к тебе? Или ты к ней? – Дон Жуан требовал подробностей. Томас, ну ей Богу, как ребенок.

– Нет. Мы встречаемся в библиотеке,

– Библиотека?! – переспросив, он громко засмеялся. Его придурковатый смех притягивал внимание окружающих.

– Томас, заткнись! – шипел я на него.

– Боже! Да она издевается! – громкий смех Томаса, заполнял каждый уголок вагона. А мне приходилось краснеть.

Друг продолжал ерничать, придумывая все больше дурацких шуточек, а, когда мы приехали на его остановку, пожал мне руку, прощаясь, и снова засмеялся, когда вышел из вагона. Вот же придурок! «Хорошо смеется тот, кто смеется последним»– мысленно утешал себя я. Опершись на поручень, стало клонить в сон. Сейчас бы упасть лицом в подушку и отдаться миру отдыха.

В толпе серых лиц заметил светлый облик девушки, которая сидела в пяти метрах и неотрывно глядела на меня. Русые, с золотым отблеском волосы доходили до талии, а большие глаза сверкали голубизной. Она была очень симпатичной, но какой-то неухоженной. Одежда была ни чем непримечательной: светлые джинсы, бирюзовый свитер, который был ей не по размеру и потертые черные кеды. Ее тоже смутил мой пристальный взгляд. Теперь она узнает, какого это, когда тебя наглым образом разглядывают. Незнакомка резко отвернулась и стала разглядывать свои руки как ни в чем не бывало. Странная она. Может, она воровка? Подумывает, как бы незаметно пробраться ко мне в карман. Пока она отвлекает жертву, какие-нибудь карликовые люди начнут резать своими грязными ручонками сумку? Подозревая девушку в нечистых делах, медленно подтянул рюкзак под руку, так чтобы закрыть карманы. Но лицо ее мне было знакомо. Где же я ее видел? Возможно, на том же самом месте. На ее «рабочем» месте – в метро.

Незнакомка снова и снова поднимала на меня взор и отворачивалась. Так продолжалось, пока не пришла моя очередь выходить. Двери открылись, и все так же прижимая рюкзак к себе, внимательно наблюдал за ее действиями. Нырнув в толпу, быстро выбежал на платформу и стал искать «воровку». С облегчением поняв, что она осталась в вагоне, закинул спокойно рюкзак на спину и, непринужденной походкой пошел к выходу.

Запах мокрого асфальта вперемешку с убивающими выхлопами машин сопровождали меня до самого дома. Не успел я дойти до своего двора, как услышал сзади шлепанье, как если бы ребенок прошел по луже. Все бы ничего, но вокруг меня не было ни души. Я остановился, и шлепанье, что насторожило меня, прекратилось. Не оборачиваясь, продолжил путь. Шаги раздались синхронно с моими шагами, и я уже не выдержал. Повернувшись, увидел стоявшую в двадцати метрах от меня ту девчонку. На лицо ее падала скрывающая глаза тень. Ничто в ее позе не говорило о стремлении на меня напасть, так что она меня не так уж сильно напрягала. Девчонка прикинулась статуей. Она настойчивая.

– Ну, что тебе надо? – вступил с «воровкой» в контакт.

Она промолчала.

– Зря шла! Денег у меня нет! И на телефоне тоже!

Зачем напомнил про телефон, дурень?

Переговоры, где говорит один человек, ни к чему не вели. «Воровка» изображала глухонемую.

– Мани нет! Понятно? – показывал жестами, чтобы у нее не оставалось мотивации идти за мной.

– Кыш отсюда! – топал ногой, словно прогонял привязавшуюся кошку.

– Фу, нельзя! Домой!

Как еще ей объяснить, чтобы она топала отсюда?!

Махнув рукой на все попытки поговорить с ней, пошел домой. Навострил слух и, как охотник стал прислушиваться к посторонним звукам. Вцепившись руками в лямки портфеля, снова услышал сзади шаги.

– Ты реально глухая?! – агрессивно крикнул ей, поворачиваясь.

– Что?! – воскликнула женщина с глазами как у спаниеля.

– Эм… – растерялся я, не ожидав увидеть вместо «воровки» кого-то ещё.

– Извините, это не вам, – промямлил в ответ. Неловко вышло.

– Совсем страх потеряли, – возмущенно сказала себе под нос, обходя меня.

– Накурятся этой своей химией, – не переставала она бурчать, уже зайдя во двор.

Я уже не вслушивался в то, что говорила оскорбленная женщина. Как оказалось, моя соседка. Приросший к асфальту, теперь и я прикинулся статуей. Всматривался в полумрачную улицу, где всегда плохо горели фонари, хотел убедиться, что девчонка ушла. Она словно растворилась в воздухе. Неужели? В следующий раз увижу – полицию вызову…

2

– Маркус… Старик, вставай. Наша остановка! – трепал меня Томас за плечо, вытаскивая из сна.

Громкий мотор автобуса будил сильнее, чем друг. Словно контуженный, я продрал глаза и увидел нашу остановку. Отдавил себе руку и теперь она жутко ныла. Лучше бы не просыпался.

– Просыпайся, Маркуша! – бодро воскликнул Томас и вышел из автобуса.

Моросящий дождь попадал в глаза, а хмурые тучи укрепляли желание поспать. Надев капюшон, я пошел следом за другом.

– Давай договоримся, что это был последний раз, когда ты меня так назвал,

– Как? – не понял Томас.

– Маркуша, – с отвращением произнес я.

– А что не так-то?

– Брат так называет меня. Мы с ним не в ладах. Всегда раздражало,

– Как скажешь… Маркусик, – скорчил друг довольную мину.

Мне оставалось смиренно вздохнуть, чтобы не продолжить перепалку, ибо в последний дни я был весьма раздражителен и легко шел на конфликт.

– Старик, ты чего серый такой ? – спросил друг.

– Серый? – зевнул я.

– Я тебя бодрым давно не видел. Выглядишь ужасно,

– А я смотрю, ты сегодня бодренький. Что, миссис Сингер вчера дала красный свет? – решил я над ним поглумиться, вспомнив наш вчерашний разговор о кураторше, и к тому же поднять себе настроение.

– Иди в пень! Кто-то вообще в библиотеку идет, – нашел он, чем зацепить. Я притворным смехом оценил шутку. А придурковатый смех Томаса разливался эхом по всей улице.

– Смотри, штаны себе не испачкай… Идиот. Не вижу в библиотеке ничего страшного, – фыркнул на него.

– Ну да, ну да,– искоса поглядел на меня Томас.

– Твоими методами отношения не построишь. Стефани девушка особенная. Тут нужно приложить труд,

– И ты решил пойти нелегким путем, чтобы добиться сердца любимой, – прозаично и с насмешкой произнес друг.

– Отвали, – огрызнулся я.

– Лучше б ты полегче кого нашел. Был бы не таким нервным, – пошлый намек Томас закрепил хитрой улыбочкой. Он, как всегда…

Мы вошли в университет, и я поздоровался с миссис Сингер, что редко делал:

– Добрый день! Отлично выглядите!

Непреступная крепость с «толстой костью» и скверным характером расцвела от комплимента.

– Это Томас просил передать. Он стесняется, – положил другу на плечо руку, представив его пятидесятилетней «обаяшке».

Томас посмотрел испепеляющим взглядом, удостоив меня кислой улыбкой проигравшего.

– Ревнуешь? – спросил его.

– Старик, если это тебя так напрягает… я могу с ней больше не здороваться, – тут я словил от Томаса удар по руке. Было очень больно.

– Шутить ты так до сих пор не научился, – сделал друг жалкую попытку съязвить.

– А ты язвить.

Прозвенел звонок, и мы побежали в кабинет мистера Харриса, опаздывая на статистику. Как, впрочем, и всегда.

Сегодня Харрис был на удивление добр, и это заметил Томас:

– Что-то он сегодня подозрительно лоялен к нам. Может, у него появилась… женщина? – прошептал он.

– Тебя это действительно волнует? – нервничал я, готовясь к зачету. Четыре раза прочел одно и то же предложение, и не мог уловить его смысл, так как болтовня друга засоряла связь с учебником.

– Странно, что ТЕБЯ это не волнует,

– Мне всегда было наплевать,

– Такой исторический момент требует обсуждения, – не унимался Томас.

– А закрытая сессия требует знаний. На, держи. Полезная штука, – нервно подсунул ему учебник, чтобы заткнуть его.

– Вот так друзей и теряют, – с обидой буркнул друг.

– Йосковитч, вы хотите ответить? Наверное, вы уже подготовились? – обрубил нашу беседу голос мистера Харриса. Нашел себе мишень.

– Ты ему нравишься, – тихо пробормотал я Томасу.

– Нет, не хочу, мистер Харрис, – встал Томас, с провинившимся видом.

– А вы… Роуган, подготовились? – переключился мистер Харрис на меня, заранее радуясь тому, что поставит за сегодня первую пару двоек.

– Да, конечно, – развеял я все его надежды полакомиться негативом. Харрис всегда напоминал энергетического вампира.

– Тогда выходите, – разочарованно сел он за стол, но во взгляде оставалась вера в мой провал.

– Ты мог подольше растянуть свою тупость?! – возмущенно шептал я Томасу.

Он только заржал и бесшумно сказал, что я лузер. В ответ, взял свою толстую тетрадь с парты, кинул ее в патластую голову друга и пошел к доске. Отвечать Харрису нелегко, так как взгляд его превращал мозг в засушенный овощ и все, что ты учил ночами, куда-то испарялось. Но все же развеять сомнения самого циничного преподавателя насчет того, что я еще не забыл, как пользоваться мозгом, удалось. И удалось на хорошую отметку в журнале и на допуск к сессии…

– Ты отлично выступил, – восхищенно забрасывала меня Стефани комплиментами, когда закончилась пара.

– Спасибо, но мог и лучше. Если бы не Томас,

– У тебя что-то случилось? – обеспокоенно спросила подруга.

– С чего ты взяла?

– Выглядишь, как выжатый лимон, – пояснила она.

– Не могу выспаться уже недели три. Постоянно что-то тревожит ночью, – потирал лоб от начавшейся мигрени.

– Может, это из-за стресса? Переживаешь из-за зачетов. Бывает. Я сегодня ночью тоже не спала, – тихо проговорила подруга.

– Возможно, ты права, – задумчиво произнес, засыпая на ходу.

Отрезвил меня удар в спину. Меня кто-то толкнул и пошел дальше. Недовольно повернувшись, заметил знакомый образ. Та девушка, что следила вчера за мной, снова, бесцеремонно повторяла тот же трюк. Незнакомка, не оглядываясь, шла вперед, пробираясь сквозь толпу студентов.

– Опять она, – тихо прорычал, смотря, как она уходит.

Стало любопытно, чего она все-таки хочет и недолго думая, ринулся за незнакомкой.

– Эй, ты! – крикнул вслед, но блондинка продолжала идти, направляясь к выходу.

Чуть ли не перейдя на бег, вышел из университета, следя за странной девушкой, которая не думала останавливаться.

– Постой! – приказывал остановиться, но она даже не повернулась. Почему-то отдалялся от нее, как в каком-то дурацком сне. Пытался схватить ее за плечо, но сумел лишь дотронуться до длинных волос.

Оглушительный звук сигнала и визг тормозов прервал преследование. От испуга подкосились ноги, и я упал на тратуар парковки. Меня чуть не сбила машина.

– Жить надоело?! – ругался, сидевший за рулем, парень.

Когда очухался, сразу принялся искать глазами эту девицу. Вот, проклятье! Уж слишком, она странная! Меня охватила злость. Она внезапно появляется, а потом исчезает! Вот чего ей надо?! Может, она мне кажется? По-моему, я переутомился…

Встав на ноги, отряхиваясь после падения, заметил специфический запах одурманивающего масла. Такой запах обычно встречается в храмах. Какой-то бред. Удивительно, что этот запах постоянно чувствовался в своей квартире…

3

Ну вот и назначенный день экскурсии. Все толпились в университетском дворе. Затем стали продвигаться к автобусам.

Я до сих пор чувствовал на своих пальцах необыкновенное тепло волос той незнакомки. Почему она меня преследует? Или я сошел с ума? Головой вроде не ударялся. Она появилась в моей жизни так внезапно. Ее поведение, заполняло голову разными вопросами. Откуда она? Как ее зовут? Может, если я узнаю ее имя, то смогу хоть что-то понять? И главный вопрос: почему она за мной увязалась?

Все пары проходили в раздумьях об этой девушке. Кто она? Плод моего воображения? Но она была такой реальной и осязаемой. Нет, она точно существует. Злит, что она следит за мной, но так и не заговорила. Ладно, надо успокоиться и забыть про нее…

– Старик, ты что под колеса попал? – неожиданно ко мне подошел Томас.

– Где ты был? На занятиях тебя не было,

– Да так, кое с кем познакомился, – загадочно ответил Томас.

– Опять бабы?! Они тебя до добра не доведут, – разозлился я из-за поверхностных взглядов на жизнь, друга. Ветер в его голове сегодня выводил из себя. Возможно, этому содействовали бессонные ночи.

– Все садимся в автобусы! Выезжаем через две минуты! – оборвала наш разговор, миссис Сингер. Точнее, грубо перебила.

Томас стал втискиваться между сиденьями, ища свободное место. Народу было так много, что не различишь, где наш курс, где чужой.

Поймав взгляд Стефани, помахал ей рукой, дав понять, что сейчас подойду. Она уже сидела с Эллин возле окна.

– Мест нет, – почувствовал резкий толчок в грудь. Это была рука мисс Сингер.

– Ну я же, – сделал попытку пройти, но Сингер была настойчивой женщиной.

– Мест нет. Садись в следующий автобус, – строго приказала она и, я взглянув на Стефани, повиновался приказу пухлой женщины. Еще убьет, ненароком.

Томас, естественно, стал смеяться над моим очередным провалом.

– Подкаблучник! – крикнул он.

И прежде чем уйти, я показал ему средний палец.

Выйдя из автобуса с маской злости, не видя ничего вокруг, двинулся к другому автобусу. Там в основном сидел первый и второй курс. Но никаких знакомых, так и не заметил среди толпы. Оно и к лучшему. Посплю.

Протискиваясь между парнями и девушками, собирал оценивающие взгляды и всякие идиотские смешки. Даже одна из девочек стала строить мне глазки. М-да… чувствую, поездка будет очень долгой…

Возле окна оказалось два свободных места. Рюкзак положил рядом с собой, заполонив сразу оба сиденья. Когда всех студентов пересчитали, мы успешно тронулись с места.

– Привет, – напугал девичий голос.

На меня с воодушевленным видом смотрела девушка с первого курса. Если не ошибаюсь, ее звали Бритни Дигс. Она у них там «звезда».

– Ты сидишь на моем портфеле, – намекнул, что ей стоит поднять свой симпатичный зад. Получилось грубовато.

– Прости, – с улыбкой замешкалась она, привстав, чтобы отдать мне рюкзак.

– Ты же с третьего курса, да? – поинтересовалась Бритни.

– Так точно,

– Майк?

– Маркус, – исправил эту миловидную простушку, которая таилась внутри нее за мишурой модных шмоток и идеально уложенных волос. От нее пахло сладковатым цитрусом. Напомнило о теплых летних деньках дома.

– Точно, – покраснела Брит от волнения, убрав волосы за ухо, чтобы заполнить неловкий момент.

– Ты же друг Томаса?

Молча кивнул ей, уже предполагая, зачем она ко мне подсела.

– Можешь передать?

Бритни достала из кармана маленькую открытку. Она была облеплена разноцветными сердечками, а в углу записки был след от губной помады.

– Передам, – равнодушно взял девичье послание.

– Спасибо! – радостно воскликнула Брит и в благодарность испачкала мою щеку своей яркой помадой.

Растерянный, я глядел, как она возвращается к своим подругам. Те уже ждали от Бритни подробностей нашего с ней непродолжительного разговора.

Стирая помаду с лица, прочел ее любовное послание Томасу, которому охота врезать.

«Свет моих очей. Ни один день не проходит без мысли о тебе»…

«О, Боже», – подумал я, чуть не вырвав на эту открытку.

Засунув послание в карман куртки, положил рюкзак на прежнее место и, воткнув наушники, включил любимую песню. Надел капюшон и закрыл глаза, чтобы ко мне больше никто не пристал…

Приятное тепло с левой стороны, грело мою руку. Даже показалось, что уже сплю дома. Необычный запах одурманивал сознание и одновременно отталкивал. Снова этот запах? Открыв глаза, увидел возле себя ту странную блондинку. Она сидела слева от меня! На том сиденье, где лежал мой рюкзак! Я боялся моргнуть – как бы она не исчезла вместе с моими вещами. Она никуда не уходила, не поворачивалась ко мне. Просто сидела, как ни в чем ни бывало. Язык завязался в узелок, а тело остолбенело. У меня было столько к ней вопросов, но они все словно растворились. И было такое ощущение, что вот-вот… заплачу. Плакать? Но я же не плакса какая-то? Да и зачем?

Незнакомка смотрела вперед. Я мог видеть только ее профиль. Интересно, она заметила моё пробуждение? Надо аккуратно придвинуть рюкзак к себе и проверить в куртке карманы. Светлые волосы, словно нити золота, покрывали ее плечи, и почти касались узких бедер. Кожа белая и чистая, с румянцем на щечках. Нос прямой чуть заостренный и длинные ресницы, еле выделяющиеся на фоне бледности ее кожи.

– Ты не против? – резко повернулась она, дав, наконец, услышать свой приятный голос. Сердце подскочило к голове. Она со мной заговорила! Пожар пылал на моем лице от вида ее больших голубых глаз. Они такие большие… и голубые. Я забылся и вел себя, как дурак. Ее взгляд был… таким проникающим и читающий душу.

– Ты не против? – с легкой улыбкой повторила незнакомка, видя мою реакцию.

Это невероятно! Девушка, за которой гонялся, сидела рядом.

– А… да, ничего страшного. Думаю, рюкзак не обидится, – мой голос был неестественным от волнения.

Она, улыбнувшись, отвернулась. Почему я так себя веду? Даже руки вспотели. Что в ней такого, чтобы так влиять на меня? Обычная девушка, только со странностями.

– Я Лориана Крейт, – представилась девушка, решив не протягивать руку. Точно, странная.

Я, наконец, узнал ее имя. «Лориана», – мысленно произнес, будто пробуя его на вкус. Красивое имя.

– Маркус Роуган, – ответил ей взаимностью.

– Я знаю,

Знает?!

– Это же ты вчера ходила за мной вечером?

– Да,

Обескуражила она меня своим простым и правдивым ответом.

– Что-то я не припомню, чтобы мы были знакомы,

– Главное, что я помню тебя, – ухмыльнулась девушка.

– Не могла бы внести ясность? – попросил ее.

– Как думаешь, эти стекла прочные? – спросила она, разглядывая окна автобуса. Блондинка проигнорировала мою просьбу.

Ведет себя, как ребенок, хоть и выглядит на девятнадцать.

– Ммм… не знаю, – пробубнил, разглядывая ее. Она меня насторожила. Я огляделся по сторонам и стал всматриваться в ее одежду. А вдруг под ней бомба.

Девушка внимательно глядела на небо, пока я думал террористка она или нет. Ее зрачки уменьшились, а розоватые губы чуть приоткрылись. Что она там увидела? Тучи, как тучи…

– Небо плачет, – вдруг произнесла она обреченно.

Ее глаза загрустили, чуть не пустив слезу.

– В смысле, дождь идет? – уточнял я.

– Что-то случится или уже случилось, – задумчиво сказала Лориана, в очередной раз, проигнорировав мой вопрос. Ну, точно сумасшедшая террористка.

– Дождь часто идет и, странного в этом не нахожу. Просто дождь, – хмыкнул на ее версию, но почему-то по спине пробежали мурашки. Мне от нее бежать хотелось. Особенно с этими разговорами.

– Ты никогда не задумывался, почему он идет?

Она серьезно?!

– Ну… под воздействием солнечного тепла вода испаряется и превращается в пар. После, пар поднимается, образуя тучи, а там уже все зависит от температуры атмосферы, – познакомил ее с естественным явлением природы, полагаясь на изученные школьные материалы.

В ответ девушка рассмеялась. Спросила, а теперь смеется надо мной?

– Что смешного?

Неожиданный толчок резко прекратил наш диалог, раскидав по всему салону всех студентов. Еле удержавшись на месте, я первым делом взглянул на Лориану, но ее уже не было. Несмотря, на такой сильный толчок, мы продолжали ехать со страшным скрежетом.

– Лориана! – звал ее. Хотел убедиться, что с ней все в порядке. И где же она?

Когда мы, наконец, остановились, все стали вставать, потирая свои ушибы. Я хотел встать с кресла, чтобы понять, что происходит, но почувствовал в ноге боль. Она была терпимой, но все же приходилось с трудом передвигаться по салону. Все были в таком же недоумении и страхе, как и я. Оглядываясь, увидел смятую заднюю часть салона. Кого-то придавило, а кого-то не тронуло. Адреналин вызвал тошноту. Чувствуя застрявший комок в горле, наблюдал ужасающую картину. Одна из студенток сидела в своем кресле, и из ее головы сочилась рекой кровь. Это была Бритни Дигс. Она была уже мертва. Рядом с уже умершей подругой стояла девушка. Заливаясь слезами, она просила о помощи.

– Двери не открываются! – в панике крикнул парень.

Все стали толкать двери и просить водителя открыть их.

– А водитель… мертв, – произнесла студентка, стоя возле руля.

– Попробуй нажать на кнопку, чтобы открыть двери! – через тошноту, проявил я смекалку. Девушка судорожно принялась нажимать на кнопку, но двери не открывались.

– Она не работает. Видимо, замыкание!

Не успел я подумать, что делать дальше, как произошел следующий толчок. От сильного удара все повалились на пол. Опершись на спинку кресла, приподнялся и понял, что автобус сейчас повалиться на бок, и точно никто не останется в живых. Все двигалось и скрежетало. Невозможно было разобраться в какую мы сторону вращаемся или движемся. Крики студентов повышали уровень адреналина. «Это конец», – пронеслось в голове. Но тут в нас влетела еще одна машина и ударила автобус в другой бок. Внезапно какая-то сила потянула меня назад. Вокруг летели куски стекла и, почувствовав удар о холодную землю, осознал, что сейчас вылетел через окно. Я лежал среди месива помятого металла и окровавленных трупов. Автобус, свалившись на бок, загорелся. Дикие крики с просьбами о спасении поднимали волосы дыбом.

– Парень, ты цел? – спросил меня какой-то мужчина, пока я плевался желчью. Сердце било в горло.

– Надо им помочь…– через рвоту пытался говорить.

– Сейчас приедут пожарные. Они помогут. – утешал мужчина. К сожалению, это меня не утешило. Ведь не знаешь, когда они приедут. Не было сил, чтобы встать и бежать помогать тем, кто сейчас сгорает заживо. Приходилось слушать крики умирающих и с содроганием ждать окончания их мучений.

4

Прибывая в больничной палате уже несколько часов, я все никак не мог прийти в себя. Не мог нажать кнопку «стоп» в голове, чтобы больше не видеть тела и лужи крови. Страшные крики снова и снова звенели в ушах, сводя с ума. «Я не мог ничем им помочь», – добивал себя этими мыслями, лежа на одной из кровати госпиталя. Но, как я вылетел из окна? Неужели, мне просто повезло? Обдумывая случившееся, вспомнил, что разговаривал с той девушкой, и что ее зовут Лориана. И эти ее странные слова. Может, она знала, что должна была произойти авария? Мне было известно ее имя, но где она учится и чем занимается, она так и не рассказала. Ее больше заботила толщина стекла. Она же там была! Была в этом автобусе!

В палату зашла врач и направилась ко мне с вопросом:

– Маркус Роуган? – всматривалась она в лица других пациентов. Пациентов, которые не были связаны с аварией.

– Это я, – поднял руку.

– Что беспокоит? – измученно спросила женщина.

– Нога. Думаю, что либо ушиб, либо растяжение,

– Ходить можешь?

– Немного,

Врач начала поднимать штанину, но больная нога так распухла, что пришлось резать брюки до колена. На ноге был огромнейший синяк. Он начинался от колена и заканчивался в области стопы. Красно-синее пятно не на шутку напугало меня.

– Серьезная гематома, – рассматривала врач, слегка дотрагиваясь до синяка холодными пальцами.

– Не бойся, через две недели пойдет на спад. Намажу и перевяжу. За тобой приедут? – спросила она, разматывая бинт для перевязки.

– Ммм… да, – соврал, чтобы ни в коем случае не позвонили моей матери. Сам справлюсь, не маленький.

– Хорошо. Перелома у тебя не. Так что, после перевязки, ты сможешь ехать домой, – стала она аккуратно поднимать мою ушибленную ногу, но получилось все равно болезненно. От дискомфорта я тихо застонал.

– Тебе крупно повезло. Большинство лежит уже в морге. У тебя сильный Ангел-хранитель, парень, – туже натягивала она бинт. Но мне не стало легче…

– А сколько погибло?

– Около тридцати человек. Но это не точно. Завтра, может, будет больше сорока,

Тридцать человек?! Если бы мне не повезло в тот момент, я бы лежал в морге среди остальных. А как же та девушка? Как же Лориана? Она тоже погибла?

– А вам случайно, среди погибших не встречалось имя Лориана К… – и тут я запнулся. Как же ее фамилия? К… Кр… Крейт! Точно, Крейт!

– Лориана Крейт? – заставил ее задуматься, и сморщить свой плоский лоб.

– Пока что имена нам неизвестны. На днях будут списки. Сейчас не разберешь, кто где, – усталость говорила в ней.

Мысль о смерти той загадочной девушки, резала сердце тупым ножом. И почему я должен за нее переживать? Увидел пару раз и все. И все же не хотел, чтобы ее имя оказалось в списке погибших…

Врач перевязала ногу и разрешила идти домой. Желудок мой был пуст, а привкус во рту был не из самых лучших. Хромая к выходу, наблюдал, как в спешке носят на носилках изуродованные огнем и металлом тела. Почувствовав, что тошнота стала нарастать от ужасающей картины, отвернулся. Запах жареной человеческой плоти, трогал язык, вызывая рвоту. Закрыв рот кофтой, чтобы не испачкать пол госпиталя, поспешил к выходу. Вдохнув прохладный сырой воздух, успокоил желудок. Надо собраться с мыслями. Из глаз непроизвольно текли слезы, оплакивая тех, кто побывал в сегодняшней преисподней. Как после этого я смогу жить дальше?

– Маркус! – услышал голос Стефани. Повернувшись на зов, увидел, что подруга стояла на парковке вместе с Томасом. А я и забыл про нее.

Она подбежала ко мне и крепко обняла, сама того не зная, что делает мне больно. Теперь меня не интересовал запах ее духов, как она одета или, накрашены ее губы или нет. Перед глазами, вспышками, мелькали фрагменты обожженных тел и в голове стоял вопрос: «Жива ли та девушка?». Но конечно, было радостно видеть добрые глаза Стефани и знать, что она в безопасности.

– Ты в порядке? – с дрожью в голосе подруга сыпала вопросами.

– Да. В отличие от остальных, – заставлял себя говорить, когда просто хотелось молчать и побыть одному.

– Я рад, что ты жив, старик, – по – родному обнял меня Томас, как всегда улыбаясь. Даже сейчас.

– Я принесла тебе кое-что, – вытащила Стефани из сумки большой сэндвич. Запах еды разбудил желудок.

– Ты – чудо, – похвалил ее.

При таких обстоятельствах аппетит должен пропасть, но организм так был истощён эмоционально и физически, что требовал пищи.

– Нас не впускали в больницу. Говорят много погибших. Мне так жаль, Маркус, – глаза подруги наполнились слезами.

– Сказали, что погибших не меньше тридцати. А вы как? Вас не коснулось? – морщась от боли в ноге, поинтересовался я.

– За нас не переживай. Ваш автобус ехал первым и, когда в вас врезалась машина из-за поворота, мы сразу остановились, – объяснил Томас.

Я только сейчас заметил, что на улице потемнело. Заметил, что фонарные столбы уже заступили на свою ночную смену.

– Сколько часов прошло? – потерявшись во времени, решил поинтересоваться.

– Часа четыре, – ответил друг.

– Ого, – сухо отозвался, жадно глотая сырой воздух, чтобы убавить тошноту. Играя с тротуаром в гляделки, боролся с усталостью. Даже сэндвич не помог. Глаза закрывались и вот-вот мог упасть ребятам в ноги. Мысленно дал себе пощечину. Мало гематомы, так еще и разбитое лицо будет.

– Тебе надо отдохнуть, Маркус, – с жалостью во взгляде подметила Стефани.

– Отличная идея, – тихо согласился с ее советом.

– Давай, мы тебя отвезем домой, – подхватила подруга меня под локоть, чтобы помочь. Томас взял мою руку и перекинул через свою шею.

Крики погибших и звуки сирен пожарных машин, теперь стали головной болью. Запах той блондинки отпечатался в памяти, и снова вспомнив про нее, решился спросить:

– Ребят, а из вас никто не знает Лориану Крейт?

Подводя меня к машине, они оба задумались.

– Нет, старик. А кто это? – недоумевая, спросил Томас.

– Я ее тоже не знаю, – ответила Стефани, с открытой подозрительностью.

– Уже… неважно, – подавленно отрезал я, когда подруга открыла дверцу машины, чтобы усадить меня.

– И, кстати, – полез я в карман.

Чуть не забыл.

– Это тебе, – протянул Томасу открытку.

– От мертвой Бритни Дигс,

После моего лишнего уточнения, друг изменился в лице.

– Какой ужас, – произнесла Стефани, глядя на открытку.

– Не то слово…

5

Уже неделю, меня мучил один и тот же сон, в котором был автобус, сгоревшие заживо студенты и последние слова Лорианы Крейт перед тем, как в нас врезалась машина: «Ты еще ничего не знаешь, Маркус».

Уже неделю я не ходил в университет из-за травмы и выслушивал от матери лекцию о лечении гематомы. Она увидела аварию по телевизору и тут же позвонила мне. Я, конечно, про ушиб не рассказал, но сгладил картину – синяк, и только. Уж слишком у нее чувствительное материнское сердце. Очередной раз убедив ее, что все в порядке, занялся своим завтраком. Заливая кипятком кашу, заметил, что нога не так сильно болит и порадовался такому наблюдению. Наконец-то, вылезу из своей берлоги. Выходной потревожил звонок телефона:

– Привет, Маркус, – буднично поприветствовала Стефани.

Ее голос был лекарством от всех депрессий.

– Привет. Рад тебя слышать, – непроизвольно улыбаясь, не скрывал своих чувств.

– Как твоя нога? Как ты себя чувствуешь?

– Намного лучше. Нога уже не так сильно болит. Могу ходить, – прогнозировал свое состояние.

– Отлично, а то на Томаса жалко смотреть. Он такой грустный. Тебя ожидает, – рассмеялась она.

Ее рассказ позабавил.

– Да, похоже на него. Что нового?

– Возле холла повесили плакат с погибшими. Как я рада, что твоей фотографии там нет. Сложно тебе, сейчас. После всего, что ты видел,

– Справляюсь, – скромно ответил я.

Мне не нравились эти разговоры. А если пойду в университет, там уж точно покоя не дадут.

– Смотрел новости? – спросила она.

– Эм… точно нет,

– Сказали, что всего погибло сорок три человека. Вчера узнала, что выжил один человек, – ее слова зажгли в душе яркий огонек. «Лориана?!» – возник в голове вопрос.

– Кто? – спросил вслух.

– Пак Джонсон, он с первого курса. Сейчас лежит в госпитале с ожогами. Говорят с несильными. Всего десять процентов кожи повреждено. Повезло, парню. Могло быть и хуже,

– Я тут кое-что спросить хотела, – после небольшой паузы начала подруга.

– Валяй,

– Если ты помнишь, мы должны были пойти в библиотеку, на той неделе, – спросила Стефани, потихоньку подводя разговор к встрече.

– Конечно, помню, – соврал я.

С этими проблемами забыл, что мы должны были встретиться. Так еще и сочинение писать!

Присев на кровать, услышал посторонний гул. Сначала показалось, что гул в телефоне, но убрав трубку от уха, понял, что он в квартире. Перед кроватью была закрытая дверь в ванную комнату, и именно из нее доносился странный звук.

– Я это к чему… Просто в пятницу у нас была литература с мистером Кроули, и он спрашивал про тебя… – продолжила она говорить, но я перебил ее:

– Стефани, подожди секунду, – вежливо попросив подругу, встал с кровати и, медленно подходя к двери ванной комнаты, стал прислушиваться. Чем ближе подходил, тем отчетливее становился гул. Скорее это был напев спокойной мелодии. Приятный женский голос напевал одну и ту же ноту. По затылку пробежали мурашки. Кроме меня в квартире никто не живет. Голос напугал. Он был нежным, но в нем присутствовало что-то нехарактерно для человека. Нервы сдали и я быстро открыл дверь. Пение прекратилось. В ванной комнате никого не оказалось. Может, соседи?

Оставив дверь открытой, присел на кровать и попытался найти логический ответ произошедшему.

– Маркус, все нормально? – услышал из трубки.

– Да. Просто голубь в окно врезался. Проверял,

– В общем, если тебе не трудно, то можно сегодня заняться твоим сочинением, так как уезжаю послезавтра,

– Уезжаешь?! – перебил ее, удивившись неожиданному отъезду. Куда это она собралась?!

– На сколько, уезжаешь? Куда? – не удавалось мне скрыть излишнее волнение и возмущенность.

– На две недели. Надо ехать к отцу, он сломал ногу, когда играл в гольф. Даже не знаю, как ее можно сломать, играя в гольф, – посмеялась она над глупой ситуацией, несмотря на то, что ее отцу сейчас не до шуток.

– Ну, ты как? Согласен?

– Согласен. Во сколько встречаемся? – при мысли о встречи со Стефани, термометр настроения превышал норму.

– Сможешь, через часик?

– Смогу, – уверенно ответил. Хотя в таком состоянии, как у меня, не хватит часика. Минимум, три.

– Ну, тогда до встречи, Маркус, – почувствовал, как ее красивые губы расплылись в улыбке.

– До встречи. – ответил и, как маленький, жда пока Стефани положит трубку. Сидел с тупой улыбкой где-то минуты две. «Я что-то должен был сделать», – подумал, возвратившись обратно в серую реальность. Завтрак! Он до сих пор варится!

Открыв крышку, лицезрел вместо каши непривлекательную субстанцию. Не быть мне поваром. Такой смесью можно смело клеить испорченные ботинки. «Собачий завтрак», - понял, что напомнила мне эта каша. Уж лучше бы сделал бутерброды…

6

В библиотеку приехал с опозданием на двадцать минут. Стефани не злилась на меня, напротив, отнеслась к опозданию с пониманием. В очередной раз позавидовал самому себе. Она как раз стояла возле библиотеки. При виде ее не смог сдержать улыбки.

– Отлично выглядишь, – сделала она комплимент.

А реально ли я выглядел хорошо?

– Оу, спасибо. Ты явно… мой конкурент, – получился самый нелепый взаимный комплимент. Мысленно ударил себя по лицу. Моральная усталость отразилась на мозговой деятельности.

Зайдя в библиотеку, мы уселись за понравившийся Стефани стол. Она достала из своей сумки учебник по литературе, и принялась за работу.

Пока она объясняла, что писать и почему это надо писать, любовался ею. Я всем своим видом играл заинтересованность. Но слова подруги летели мимо моих ушей. И дело было не только в Стефани. Страшная авария не выходила из головы. Появилась определенная апатия ко всему. Прошло недостаточно времени, чтобы внутреннее состояние нормализовалось, и я мог продолжать жить, как обычно. Возможно, уже не будет «как обычно».

Стефани. Лучшая подруга. Три года знакомы и я ни разу не признался ей в своих чувствах. Единственный человек, от которого исходит свет. Наблюдал за тем, как она сильно сосредоточившись, подносила ручку к своим губам.

После аварии я стал думать по-другому. В любой момент ты можешь умереть, так и не успев совершить задуманное. Жизнь одна, так почему же не рискнуть?

– Я уже говорил, что ты хорошо выглядишь? – прервал подругу неожиданным вопросом.

– Вроде… вроде бы да, – стеснительно улыбнулась Стефани, и продолжила читать вслух.

– Стеф, – шепотом позвал ее.

Подруга не оторвав взгляд от книги, продолжала объяснять.

– Стефани, отвлекись на секунду, – попросил, когда она перелистывала страницы учебника в поисках нужного текста.

– Тебе неинтересно?

– Интересно. Все, что ты говоришь очень интересно. Просто…– запинался на каждом слове, как мямля. «Соберись, Маркус!»

– Просто… мы с тобой три года знакомы. Вроде бы три?

– Да…

– И учимся вместе, – язык заплетался, и злость на свою неуверенность заполняла кровь адреналином.

Прежде чем признаться в своих чувствах, я глубоко вздохнул и почувствовал знакомый запах. Запах, который окутал душу в теплое одеяло. Запах той девчонки стоял в воздухе.

– Маркус, ты что-то хотел сказать, – прервала Стефани паузу, заметив мою перемену в настроении.

– Ты чувствуешь? – спросил у нее, зачерпнув больше воздуха.

– Что? Ты о чем?

– Запах. Чувствуешь? – оглядывался по сторонам, ликуя.

– Нет. Нет никакого запаха, – в изумлении глядела подруга, не понимая, что происходит.

– Я сейчас, – встав из-за стола, ринулся искать ту девчонку, что не выходила из головы.

Я принюхивался как пес, среди читателей, ища Лориану. Я должен найти ее, увидеть, узнать, что она жива. Чем дальше уходил в глубину зала, тем запах становился насыщенней. Посмотрев наверх, на бельэтаж, среди книжных полок увидел ЕЕ. Целая и невредимая. Длинноволосая таинственная, непохожая на всех остальных.

Поднимаясь к ней, чувствовал, как к рукам приливала кровь, и ладони стали потеть. Лора одиноко рассматривала книги.

– Привет, Маркус, – не повернувшись, девушка заговорила первой, продолжая искать подходящую книгу.

– Привет, – сглотнул, скрывая волнение.

Приблизившись к ней, только сейчас заметил, что ее одежда выглядела слишком потрепанной. Где она ее взяла?

– Ты жива, – не скрывал свой восторг, рассматривая ее как в первый раз. На ней не было ни одной царапинки.

– И ты жив, Маркус, – так и не повернувшись, констатировала она факт.

Девушка вела себя уверенно, в отличие от меня. Проклятье! У меня было столько к ней вопросов, и они все разом вышли из головы!

– Что-то ищешь? – смотрел, как она тоненькими пальчиками проводит по книгам, в поиске нужного.

– Да,

– Может, помочь?

– Твоя помощь будет как раз кстати, – согласилась она.

– По-моему это она. Не могу дотянуться, – несмотря на высокий рост, Лориана не могла дотянуться до верхней полки.

Девушка указала пальцем на ту самую книгу, которая ее заинтересовала и отошла в сторонку.

– Та, что в белом переплете?

– Да, это она, – подтвердила девушка бархатным голосом.

Встав на носочки, я как можно дальше протянул руку. Прихватил кончиками пальцев книгу, и потянул ее на себя. Удачно проделав трюк, встал на место и повернул к себе книгу лицевой стороной: Искусство самообороны. Как обезопасить себя от нападающего.

– Лора, а зачем тебе… – поднял взгляд, чтобы увидеть большие голубые глаза, но передо мной были лишь стеллажи с книгами. И куда она делась? Огляделся по сторонам. Да уж. Она немного чудаковатая. А может, я сейчас сам с собой разговаривал?

Вздохнув от мысли, что с головой у меня не все в порядке, поставил книгу на место и пошел назад к Стефани, не переставая оглядываться.

Когда подошел к нашему столу, решил, что ошибся. За ним никто не сидел. Внимание привлек, быстро выходящий из библиотеки, человек. Это была разъярённая Стефани. Вот, черт!

– Стефани стой! – догнал ее и схватил за руку.

– Почему ушла?

– Не хотела тебе мешать, – выдернула она руку.

– Мешать чему?

– Что с тобой происходит, Маркус? – выпалила Стефани.

– Все нормально со мной,

– Нет, не нормально! Ты странно себя ведешь. Стал куда-то убегать от меня. А сейчас сказал, что придешь, а после увидела тебя с… той блондинкой. Решил повесить на меня свою проблему? А, вот хренушки!

– Стоп! – остановил ее эмоциональный фонтан.

– Ты сейчас сказала, что видела меня с блондинкой?

– Ну, да, – нахмурилась она.

– Прошу, ответь мне. Как часто ты ее видела? – успокаивающим тоном прояснял ситуацию.

– Впервые,

Значит, длинноволосая мне не кажется. Она не плод моего воображения, а такой же человек, как и мы все! Может, Лориана Крейт, какая-нибудь сумасшедшая, которая постоянно следит за мной? Ну, теперь стало легче, когда понял, что я не псих.

– Слушай, она мне… Я не знаю, кто она, – отчитывался перед ней, как какой-то болван.

– Знаешь что? Вот, твое сочинение! – яростно всунула Стефани мне в руки помятую тетрадь.

– И приди в себя, – подруга резко пошла к машине, на которой приехала.

– Да, постой же! – кричал ей вслед, чтобы она выслушала.

Стефани остановилась возле машины, ожидая объяснений моего не совсем нормального поведения.

– Пойми, та девушка, которую ты видела, я сам толком не знаю. И я без понятия, почему она за мной ходит. И как раз в библиотеке встретил ее, хотел разузнать, чего она хочет,

– Узнал? – спросила подруга, смотря с нескрываемым раздражением.

Черт! Я так и не узнал!

– Нет, – тихо ответил, опустив взгляд. Я облажался.

– Ясно, – расставив по-своему мозаику обстоятельств, Стефани открыла дверцу машины, чтобы сесть за руль.

Осознавая, что она сейчас уедет, подбежал к ней:

– Мы что сейчас ссоримся из-за какой-то чокнутой?

– Но ты же за ней бегаешь,

– Что? Бегаю?! Это она за мной везде ходит! – возмутился я.

– Это про нее, ты тогда спрашивал?

Подруга сейчас накрутила у себя в голове «Сандру Барбару».

– Девушка, которая была сейчас в библиотеке и та, про которую я спрашивал – одна и та же. Как ты знаешь, ее зовут Лориана Крейт. Она сидела рядом со мной в автобусе, когда случилась авария. После этого я ее не видел. Вот только сейчас она появилась,

– Как она могла оказаться в учебном автобусе, когда она даже не является студенткой нашего университета? – спокойно и одновременно раздраженно спросила Стефани, поставив меня в тупик. Лориана не является студенткой нашего универа?!

– Откуда ты это знаешь? Ты что, про нее узнавала? – удивился поисковым способностям подруги.

– Неважно, – пробубнила она себе под нос, отвернувшись.

– И что ты еще про нее узнала? – разожглось во мне любопытство. Ну, раз уж она что-то знает о ней, то пусть выкладывает. Я и не ожидал, что такая, как Стефани, начнет искать сведения о ком-то, кем я заинтересовался. Может, она всегда так делала?

– Ничего. Только то, что она не учится у нас. – сложила подруга руки на груди, показывая обиду.

Значит, Лориана в тот день пробралась в автобус сама? Кто ее впустил?

7

Ночь прошла без сна. Гул, который поднимал волосы на голове и сводил все мышцы, повторился. И снова из ванной комнаты. Я не знаю почему слышу это пение. Ночь прошла с включенным телевизором и светом. Только под утро смог уснуть. Спокойствие продлилось всего два часа, а после прозвенел будильник. Дав себе еще времени на сон, пропустил на две пары…

Эмоционально истощенный бессонной ночью, приехал в университет. Стефани не встретил. Она уже уехала к отцу. Томас так и не попался на глаза.