Путь нибелунга. Серебряная нить E-Book

Предисловие

Согласно преданиям нибелу́нги (нем. Nibelungen, по-скандинавски Niflungar, «дети тумана») – мифический народ, хозяева несметных богатств. В знаменитой эпической поэме «Песнь о Нибелунгах» описан период упадка их сказочной страны, когда богатства были отобраны сначала драконом Фафниром, потом героем Зигфридом.

Читая «Песнь о Нибелунгах», я задавала себе вопрос, кто и как эти сокровища нажил? Моя книга – это версия того, как могло выглядеть королевство «детей тумана» в период расцвета и как появилось их легендарное богатство.

Глава 1

Рассказ шахтера

– Мардех, пожалуйста, расскажи еще раз, – Делия изобразила глазки голодного котенка.

– Опять про короля? – пожилой мужчина сделал вид, что совсем не заинтересован. – В вашем возрасте юные леди ходят по балам и модисткам, а не сидят дома, слушая сказки старых бродяг.

– Родительским деньгам можно найти намного лучшее применение, чем одежно-туфельные соревнования, – девушка зевнула, показывая, что эта тема ей не интересна.

– Например, кормить оборванцев вроде меня? – Мардех хитро улыбнулся.

– Да, пока ты меня развлекаешь, – напомнила Делия.

Мама своенравной девушки умерла когда та была совсем малышкой, а ее отец, мелкий торговец и купец, обожал дочь и ни в чем не мог ей отказать. На его счастье, Делия с детства отличалась бережливостью и внимательно относилась к тратам. В миниатюрной темноволосой девушке парадоксальным образом сочетались практичность и буйная фантазия. Большую часть своих решений Делия принимала хорошо подумав, но некоторые, в том числе найм совершенно бесполезного в хозяйстве Мардеха, являлись результатом настроения. Их знакомство состоялось возле стоящего недалеко от дома сарая, дверь которого пожилой мужчина пытался починить, надеясь на постоянную работу. Разговорчивый и добродушный Мардех так очаровал хозяйскую дочку своими историями, что она упросила отца оставить незадачливого ремонтника насовсем. Так Мардех поселился в доме Бишопов, формально как разнорабочий, а на самом деле как личный слуга Делии. На вопросы о том, как он докатился до бродяжничества, он рассказал грустную историю о том, что потерял всех родных во время эпидемии, много лет проработал в шахте, откуда его выгнали, когда стал слишком старым, и с тех пор был вынужден перебиваться случайными заработками.

Услышав о несчастьях старика, Делия прониклась к нему сочувствием, но ее отец отнесся к новому работнику настороженно. Интуиция торговца подсказывала, что для потерявшего всю семью Мардех слишком весел и беззаботен. Несколько недель он внимательно наблюдал за словоохотливым дедушкой, но, убедившись что старик безобиден и не имеет привычки воровать, решил оставить того в покое и более не разбираться в его биографии, надеясь, что доброта дочери ограничится одним бродягой.

Несколько месяцев жизнь в доме купца протекала размеренно. Старший Бишоп готовился к новой поездке, его дочь Делия, обладавшая отличной памятью, считала расходы, вела хозяйство, выполняла отцовские поручения и все равно находила время, чтобы витать в облаках за чтением книг, которые отец привозил из своих многочисленных путешествий по разным городам, и разговорами с Мардехом. Из всех его шахтерских баек Делии особенно нравилась легенда о короле нибелунгов, мифической расе тумана и сумерек.

– Вы не отстанете, юная леди, – с видимой неохотой, но с тайным восторгом внутри Мардех согласился повторить любимую сказку своей хозяйки. – Слушайте. Простому человеку не найти Сайраг, страну нибелунгов, если они сами не захотят. За долгие годы народу тумана удалось постичь секреты гор и научиться управлять ветрами. Обладая огромной силой, они охраняют свои тайны и не нападают без причины. Многие великие маги были нибелунгами, но всех их превзошел король Айна. Совершенствование магического искусства – его единственная настоящая страсть. Желая узнать очередной секрет он ни перед чем не остановится. Гонимый жаждой познания, король нибелунгов побывал в проклятых землях, где правят призраки, на затерянных островах, населенных странными созданиями и в поднебесье у воздушных эфиров. Богатства Айны сравнимы только с его коллекцией артефактов, украденных или добытых в боях. Кажущийся спокойным король нибелунгов не знает меры ни в дружбе, ни в гневе. Готовый умереть за своих подданных, он без колебаний подвергнет чудовищным страданиям всякого, кто покусится на сокровища нибелунгов.

– А он красивый? – мечтательно спросила Делия.

– Страсть какой красивый. Черты лица безупречны: орлиный нос, чувственные губы, глаза подобно двум темным омутам затягивают любого, неосторожно потревожившего покой Айны. Голову короля венчают густые темно-каштановые волосы, а его фигура подобна статуям древних мастеров, которыми так восхищаются в высшем свете.

Мардех старался сочинить красочное описание, чтобы получилось как в рыцарских романах, втором любимом жанре Делии после мифов. Каждое его слово, влетая в уши девушки, становилось частицей образа прекрасного и таинственного короля, описание внешности и действий которого, порой слишком пафосное и надуманное, романтичная натура девушки подобно руке мастера, создающего статую из камня, превращала в шедевр красоты. Очарованная легендами о героях, Делия была влюблена в Айну. Он олицетворял для нее другой мир, где нет необходимости думать, что будет на обед, нет ритуальных разговоров о погоде и протекающих крышах.

– Ты когда-нибудь видел короля нибелунгов? – спросила девушка, заранее зная ответ.

– Да, однажды мне показалось, что видел, – Мардех посмотрел в глаза своей собеседнице. – В краях, где я работал, зимой сырой туман может быть гораздо опаснее холода. В тот год по случаю праздника меня и других рабочих отпустили из шахты к семьям. Всем не терпелось поскорее увидеть родных. Но ночью резко потеплело, а на утро установился такой густой туман, что дальше вытянутой руки ничего не было видно. Старики тогда предпочли остаться, а я по молодости и самонадеянности решил вернуться из барака в деревню, не считаясь с погодой. Наивно полагая, что невозможно заблудиться на хорошо знакомой дороге, я вышел рано утром. В лесу, где туман был не таким густым, мне еще удавалось ориентироваться, но потом я оказался на кажущейся безграничной снежной равнине. Пробираясь по глубокому снегу, я начал уставать и замерзать. Сырая одежда вытягивала тепло. Не было никакой возможности узнать, правильно ли я иду. Браня себя за торопливость, я метался из стороны в сторону, ходил кругами пока совсем не обессилел. Остановившись, я почувствовал, что засыпаю – плохой признак на холоде. «Ну вот, – думаю, – конец пришел». Смотрю, а недалеко от меня горят два огонька. Я к ним – они отодвинулись. Не помню, сколько времени продирался сквозь снег, но, когда огоньки погасли, я увидел окна домов и понял, что пришел к своей деревне. Мою усталость как рукой сняло. Бросившись к домам, я пробежал несколько метров, потом остановился. Оглянувшись, на секунду я заметил фигуру мужчины, а спасшие меня от верной смерти огоньки оказались его глазами. Тут-то я и понял, кто меня спас. Постоял еще немного – может покажется, но мой спаситель исчез, так ничего и не сказав.

– Интересно, почему он решил тебе помочь? – Делия задумалась.

– Кто ж его знает, – Мардех покачал головой. – Иногда король нибелунгов совершает поступки, понятные только ему одному, но некоторые его действия можно предсказать, – мужчина заметил, как загорелись глаза его собеседницы, и продолжил. – Среди всех богатств и магии есть то, чего Айна хочет больше всего на свете.

– Что это? – девушка заметно оживилась.

– Дар провидения. Раз в несколько десятков лет в день большого парада планет свет звезд проходит сквозь брызги водопада Арибен в Суйских горах. Тот, кого озарит небесный луч, получит способность видеть будущее и прошлое. На всей земле лишь один может обладать этим даром, и, пока предыдущий носитель не умрет, другой не сможет стать провидцем.

– В чем же сложность? – удивилась Делия. – Айна не может найти время, чтобы постоять пять минут в брызгах водопада?

– Небесный дар провидения охраняют акашерские ведьмы, чья волшебная сила не уступает могуществу Айны.

– Почему же он не возьмет с собой армию?

– Честь не позволит. У нибелунгов считается, что рисковать жизнями подданных ради личных желаний недостойно правителя. Ради защиты границ воины без колебаний отдадут свои жизни, а в любых других ситуациях, особенно когда речь идет об охоте за сокровищами, самого короля могут осудить и свергнуть. Нибелунги сильная и гордая раса, право управлять которой нужно не только заслужить, но и всю жизнь отстаивать. Слабовольных трусов или, наоборот, тиранов, слышащих только свое больное воображение, в королях не потерпят.

– А что с ними делают? – Делия затаила дыхание, предвкушая страшную историю.

– Самым страшным наказанием считается изгнание, так как лишенный поддержки расы нибелунг становится обычным человеком, уязвимым перед природой и болезнями. За всю историю нибелунгов многие из тех, кто был приговорен к изгнанию, умоляли о смерти, настолько непереносимой для них являлась потеря могущества.

– Жестоко, – с содроганием произнесла девушка. – Эх, если бы знать, когда произойдет большой парад планет…

– Через три дня, – быстро ответил Мардех и тут же замолчал, стараясь скрыть свою радость.

– А ты откуда знаешь? – Делия насторожилась.

– Я… я, – старик замялся, – выпивал с одним звездочетом.

– Ты думал прежде чем мне ответить, – в голосе девушки появились нотки строгости. – Отец говорит, именно так люди и попадаются на лжи.

– Или на стыде, – Мардех взял себя в руки. – Я помню как плохо ваш батюшка относится к работникам, разгуливающим по кабакам.

– Когда же ты успел? – Делия продолжила допрос.

– На прошлой неделе, когда за дровами ходил, – призвав на помощь свой многолетний опыт обмана, Мардех смотрел на собеседницу прямо.

– Ладно, – нехотя согласилась девушка. – Будем считать, я поверила. Может, ты даже знаешь, где Суйские горы?

– Суйские горы – гномье название Руганского плато. Они находятся в дне пути отсюда. Безжалостное время оставило лишь холмики, но много лет назад это были величественные хребты с вершинами, доходившими до облаков.

– Смотрю, ты о многом успел поговорить со своим звездочетом-собутыльником, – с сарказмом заметила Делия.

Мардех понимал, что находится в нескольких словах от разоблачения, но не мог заставить себя быть сдержанным, когда желанная цель близко, а времени осталось мало.

– Как кстати, что сегодня ваш батюшка уехал по делам, – старик уже не скрывал энтузиазма. – Мы можем доскакать до водопада и, может, посчастливится встретить короля нибелунгов. – Тут Мардех сообразил, что фактически выдал себя с потрохами, так как по задуманному им сценарию разговора, Делия должна была сама попросить отвезти ее к водопаду, а он, Мардех, немного поупираться и только потом согласиться.

В то же время в сердце девушки происходила битва двух Делий. Одна, ответственная, умная хозяйка, хотела немедленно припереть Мардеха к стенке и вытрясти из мошенника правду, но другая, та что зачитывалась сказками, представляя себя то волшебной принцессой, то храброй воительницей, своими восторженными криками от возможной встречи с героем ее воображения заглушила голос первой, разумной Делии. Девушка чувствовала как все ее тело охватывало волнение – верный признак надвигающейся волны азарта. Такое же чувство она испытывала, когда в десять лет на спор согласилась залезть на высокую сосну. Уже на половине пути маленькая Делия поняла какую опасную глупость сделала, но останавливаться было поздно. Ругая себя запрещенными взрослыми словами, девочка долезла до вершины. Спускаться вниз оказалось страшнее, чем подниматься, но намного больше падения Делию пугал серьезный разговор с отцом, становящийся неизбежным, если она закричит и позовет на помощь. Когда ей удалось благополучно спуститься, другие дети, все это время наблюдавшие за Делией, стали восхищаться ее храбростью, а проигравшему спор мальчику пришлось месяц быть ее личным рабом. Желая отомстить за пережитые минуты страха, девочка заставила отпетого шалопая и хулигана на месяц превратиться в примерного ученика и беспрекословно слушаться старших, посчитав это самым страшным наказанием. Родители мальчика потом еще долго гадали, какая муха укусила их непутевого сына, а он сам больше никогда не дергал дочь Бишопа за косички и не дразнил.

Долгое время после того случая Делия избегала авантюр. Следующий приступ случился с ней в шестнадцать лет, когда девушка согласилась играть в карты на деньги. Первый раз в жизни она не получила удовольствия от игры, даже когда выиграла крупную сумму. Обычные шутки картежников вдруг стали обидными, а место веселого настроения занял страх проигрыша. Когда игра закончилась, Делия зареклась больше никогда не делать ставок. Половину выигранных денег она пожертвовала больнице в знак осознания своей глупости, а другую половину оставила себе в качестве компенсации душевных страданий. Еще месяц девушка тряслась от страха, что эта история достигнет ушей ее отца, Эдварда Бишопа, но потом расслабилась. Позже она много раз играла в карты, но исключительно для удовольствия, без ставок.

Зная о своей способности увлекаться, забывая про здравый смысл, перед тем, как на что-то согласиться Делия задавала себе вопрос: "Мне это надо?" Отец и все окружающие считали ее серьезной девушкой, не подозревая о живущей в сердце добропорядочной дочери купца любительнице приключений. И вот в двадцать три года с появлением Мардеха эта тщательно скрываемая сторона характера Делии снова дала о себе знать. Детское желание попасть в сказку в сочетании с появившимся навыком действовать, а не сидеть сложа руки, образовали горючую смесь. Отъезд Эдварда Бишопа стал катализатором.

Решив, что второго шанса может и не быть, Делия стала активно готовиться к намеченной авантюре. Уезжая, любящий отец полагал, что если его ребёнок не ленится и не выпрашивает деньги с утра до ночи, можно не беспокоиться. Точно также, когда дочь ходила в школу, старший Бишоп рассчитывал, что отсутствие карманных денег удержит ее от покупки пирожных, но Делия восприняла запрет как вызов и стала делать за одноклассников домашние задания. В качестве платы она брала деньги или пирожные. В результате девочка объедалась сладостями, и только разболевшийся желудок заставил ее остановиться. Провалявшись два дня с расстройством желудка, Делия больше смотреть не могла на злополучные пирожные. Стараясь воспитать в дочери трудолюбие, Бишоп вместе с ним воспитал и упрямство, забыв о том, что научившийся противостоять собственной лени человек точно также при желании может противостоять любому авторитету, независимо от возраста. Столь ценимая купцом самостоятельность имела обратную сторону: всегда вежливая Делия спорила крайне редко, но поступала по-своему.

К назначенному Мардехом сроку Делия со свойственной ей внимательностью подготовила лошадей, еду, воду, палатки и прочие необходимые в походе вещи. В ночь перед отъездом девушка засыпала в романтических фантазиях о предстоящей встрече: воображение рисовало ей картину сияющего в отблесках луны водопада и прекрасного короля нибелунгов с темными глазами. Мелочь вроде акашерских ведьм была отброшена как нарушающая композицию. Как любая влюблённая девушка, Делия приписывала себе сверхвозможности, считая, что чувство даст ей силы сдвинуть горы в то время как физических данных вряд ли хватило бы даже на один валун.

В назначенный день она проснулась рано утром, хотя обычно любила поспать до полудня. Не желая ждать ни минуты, девушка быстро оделась, потом спустилась вниз и нагло растолкала видящего десятый сон Мардеха. С трудом продрав глаза, мужчина сначала хотел попросить еще хотя бы час сна, но по решительному настрою девушки догадался, что не выторгует у неё и пяти минут даже за полмира. С обреченным взглядом он попросил Делию выйти, пообещав быстро привести себя в порядок. Когда дверь за спиной девушки закрылась, первым желанием Мардеха стал поцелуй с подушкой, но, представив как округлятся от бессильного гнева темные глаза Айны, когда коварный план осуществится, старик заулыбался. Он спокойно умылся и переоделся в дорожный костюм, мысленно хвастаясь воображаемым слушателям тем, как изящно ему удалось уделать одного из сильнейших магов.

С первыми лучами солнца Делия и Мардех выехали из города. Несколько часов взволнованная девушка едва боролась с желанием пришпорить лошадь. Чтобы справиться с разыгравшимся воображением, она глубоко дышала и как мантру повторяла про себя уроки верховой езды, на которых говорили об опасности загнать лошадь. Ближе к полудню энергия девушки начала выгорать, а на смену ей пришло чувство голода. Вовремя сделанный перекус придал путешественнице сил, но ее восторг поубавился. Какое-то время Делия с удовольствием слушала рассказы Мардеха о гномах и прочих магических существах. К вечеру единственным, о чем она могла думать, стала разболевшаяся после целого дня, проведенного верхом на коне, спина; появилось неприятное ощущение песка в глазах, и Делия начала фантазировать уже не о сказочном короле нибелунгов, а о мягком диване и горячем чае. Когда путешественники прибыли к Руганскому плато, только привычка доводить начатое до конца помогла Делии заставить себя пойти за Мардехом вместо того чтобы повернуть обратно.

– Ещё долго? – спросила девушка, подавляя зевоту.

– Терпение, почти пришли, – Мардех вёл свою спутницу к возвышающейся горе.

– Уже стемнело, – заметила Делия. – И вообще, я сейчас не в настроении лазать по горам. Предлагаю разбить палатки здесь, а завтра с утра поедем домой.

– Но вы же хотели увидеть легенду своими глазами, – напомнил Мардех.

– Легендами хорошо очаровываться когда выспишься, а день в седле больше располагает к реализму. Я не нимфа или фея, а живой человек, чьё тело имеет свойство затекать, уставать и вообще вести себя не так достойно и невозмутимо, как пишут в книгах.

– Хотите прямо сейчас заставлю вас передумать? – предложил старик тоном бывалого заговорщика.

– У тебя пять минут, – отрезала Делия. – Если не получится, пойдёшь ставить палатку.

Положив ладонь на гладкий камень, Мардех прошептал что-то на непонятном языке, и в следующее мгновение камни расступились, открыв тёмный узкий проход.

– А… а… – девушка стояла, широко открыв рот.

– Это еще не все, юная леди, – старик произнес другую магическую формулу и прямо над его рукой зажегся огненный шар.

– Ты кто?! – не зная, бояться ей или восторгаться, Делия застыла на месте.

– Человек, захотевший большего, чем то, что предписано правилами, – спокойно произнес Мардех. – Я такой же как и вы, – с этими словами он направился в открывшуюся пещеру.

Усталость Делии улетучилась, а сердце снова начало биться быстрее. Отступить в минуту, когда все самые смелые мечты и фантазии сбывались прямо на глазах, оказалось выше сил девушки, и она последовала за своим провожатым подобно неопытному охотнику, знающему, что медведь опасен, но все равно ищущем встречи со зверем.

– Вы решились, – прошептал Мардех, – потому что, как и я, хотите проникнуть в тайны окружающего мира, обрести власть над природными явлениями, металлами и минералами, но, главное, над собственным слабым телом. В свои годы вы еще ни разу не были невестой так как хотите оставаться свободной для неизведанного.

– Хочешь обсудить этот вопрос именно сейчас?! – Делия осторожно пробиралась по скользким камням.

– Я не пытаюсь задеть или обидеть вас, – поспешил объясниться Мардех. – Я тоже не был женат.

– А как же слезливая история про эпидемию?

– Сочинил, чтобы вызвать сочувствие.

– Так и знала! Нет на тебе отпечатка трагедии.

– Моя страсть – алхимия, – мужчина старался заговорить девушку, чтобы она не передумала и не сбежала, – я немного учёный, немного волшебник.

– И очень много врун, – ехидно продолжила Делия.

– Про короля нибелунгов я не врал. Признайтесь, вы желаете себе именно такого мужа, так как он может открыть для вас совершенно новый мир, где принято не смиряться с погодой, а управлять ею.

– Подрабатываешь свахой? – снова поддела его девушка.

– Не все ли равно, какую цель я преследую, если могу стать для вас ступенькой на пути в страну легенд? За дар провидения Айна сделает что угодно. Мой вам совет – не упускать этот шанс, если, конечно, не хотите превратиться в разучившуюся мечтать самодовольную матрону, чей смысл жизни заключается в раздаче советов окружающим и надзоре за исполнением традиций, выполняющими роль удавки на шее.

– Ты со своей свадебной темой напоминаешь сейчас именно такую тетушку, – усмехнулась Делия. – Тебе бы еще чепец, воротник с рюшами и банку соленых помидоров.

– Тихо! – оборвал ее Мардех и жестом потушил светящейся в руке шар. – Смотрите.

Когда глаза привыкли в темноте Делия смогла различить узкую полоску света впереди.

– Мы подходим к водопаду, а там уже наверняка поджидают акашерские ведьмы, – предупредил алхимик. – Они очень опасны.

– Тогда я вернусь, – девушка попятилась назад, представив себе толпу разъяренных фурий.

– Уйдете сейчас – будете жалеть всю жизнь, – отрезал Мардех.

Разум подсказывал Делии остановиться, но ноги сами шли вперед за искусителем. Своими разговорами он не давал страхам спутницы развиться настолько, чтобы та убежала, и одновременно подстрекал ее любопытство. Очень медленно и осторожно они подошли к большому залу внутри пещеры. Прямо из горной породы, стекал большой водопад, а внизу располагалось озеро с прозрачной водой, от которого отходили подземные ручейки. Лунный свет свободно проникал внутрь через довольно большую дыру в своде, освещая воду и небольшую каменную площадку посередине, где стояла группа женщин в красных мантиях. Это были акашерские ведьмы. Их лица и пальцы на руках были неестественно вытянуты. Когда женщины, похожие друг на друга как сестры, делали шаг, казалось, будто они совсем не касаются земли, а плывут по воздуху. До ушей Делии доносились обрывки фраз на очень неприятном шипящим языке, напоминающим пищание крыс.

– О чем они говорят? – прошептала притаившаяся за камнем Делия.

– Шшш, – Мардех закрыл ей рот рукой и сделал предупредительный жест.

Тут одна ведьма мотнула головой и направилась в сторону, где сидели незваные гости. Прежде чем алхимик успел крикнуть «беги», та выставила вперед руку и в то же мгновение камни перед Делией и Мардехом разлетелись на куски. Ведьма снова махнула ладонью, словно накидывая невидимую веревку, и девушку с алхимиком как магнитом притянуло к врагу. Увидев висящих в воздухе людей, все ведьмы оторвались от своих разговоров и, шипя, подошли к незадачливым путешественникам прямо по глади озера. Онемев от страха, Делия не смогла даже вскрикнуть, но Мардех, наоборот, сумел собраться, перевернулся и спрыгнул на ближайший камень.

– Повтори! – алхимик пытался показать застывшей в воздухе девушке какой-то жест, но его окружили три ведьмы. Действуя как единое целое, женщины окружили Мардеха. Потом самая высокая ведьма опустила ладонь вниз, и воды озера стали затягивать алхимика как болото. В это время ведьма, удерживающая Делию, сжала кулак, от чего девушка почувствовала, как вокруг ее шеи сжимается невидимая петля.

Когда у задыхающейся Делии стало темнеть в глазах, возле руки ведьмы-палача что-то ярко вспыхнуло. Девушка рухнула в воду, а прямо рядом с ней плюхнулась отрезанная кисть ее мучительницы. Несколько валунов сами отскочили от стен и отшвырнули ведьм, напавших на алхимика.

– Мардех, свинья, какого черта?! – раздался возмущенный возглас.

Ледяная вода быстро привела девушку в чувство. Вынырнув, она увидела мужчину с растрепавшимися волосами в темно-зеленых кожаных штанах и такой же куртке. На незнакомца набросились сразу шесть ведьм, но он ловко избежал их ударов, а потом с помощью появившейся в руках светящейся палки отбросил нацелившуюся на Мардеха ведьму.

– Айна! Сзади! – громко предупредил выбравшийся на берег алхимик, прежде чем оправившаяся от удара ведьма снова сбила его с ног.

«Это и есть король нибелунгов», – пронеслось в голове Делии. Увидев, что все ведьмы отвлеклись, девушка быстро поплыла в сторону водопада, чтобы быть как можно дальше от арены военных действий, где вспыхивали молнии и летали камни. Удар по голове, сломавший бы череп любому человеку, для акашерской ведьмы был легким щипком, а сквозные ранения кинжалами оказались нипочем королю нибелунгов, который, казалось, вообще не чувствовал боли.

В попытках убить друг друга обе стороны совершенно забыли о притаившейся за водопадом Делии. Девушка неотрывно следила за узким проходом, через который ее привел Мардех, но боялась выплыть из своего укрытия. От страха ее тело не чувствовало холода, а восприятие реальности изменилось: время замедлилось настолько, что Делия смогла посчитать количество кругов, разошедшихся по воде после падения побежденной ведьмы. Неожиданно для себя девушка почувствовала тепло, расходящееся от кончиков ее пальцев. Планеты в небе сошлись для большого парада, и как только исходящие от них лучи коснулись воды, брызги вокруг Делии засветились радужными огоньками. Танцующие капли окружили девушку, образовав подушку, и снова подняли ее в воздух. Начавшееся волшебство заставило ведьм, Айну и Мардеха отвлечься от сражения и замереть.

– Это оно – дар провидения, – прошептал алхимик.

– Не может быть, – тихо произнес король нибелунгов голосом человека, потерявшего все имущество сразу, но еще не до конца осознавшего свое положение.

Зрелище длилось несколько минут, потом капли воды потухли, и парящая Делия стала медленно опускаться вниз. Акашерские ведьмы хотели ее подхватить, но Айна среагировал быстрее. В мгновение ока король нибелунгов оказался рядом с потерявшей сознание Делией и поймал ее прежде чем это сумели сделать ведьмы.

– Рей! Пора! – громко крикнул Айна, и по его команде из дыры в потолке зала упала веревка с узлами и петлями.

Прежде чем ухватиться за импровизированную лестницу, Айна произнес магическую формулу, и в его руке появился огненный шар. Отработанным движением король бросил его в группу ведьм позади Мардеха. Огненный шар взорвался, раскидав ведьм, и чуть не задел алхимика, но тот вовремя увернулся. Схватившись за веревку, Айна поставил ногу в одну из петель, чтобы удобнее было держать Делию.

– Ты же меня здесь не бросишь?! – Мардех взялся за другую петлю.

– А следовало бы, – сквозь зубы пробурчал нибелунг, но не стал отталкивать алхимика.

Сидевший над отверстием в потолке дракон резко потянул за большой рычаг, от чего пришла в движение система деревянных блоков, и веревка начала быстро подниматься. Когда ведьмы оправились от взрывной волны, трое убегающих оказались слишком высоко для атак. Сообразив, что ненавистных пришельцев с земли не достать, страшные охранники дара провидения бросились к выходам из зала в надежде догнать незваных гостей.

– Как все прошло? – Темно-коричневый дракон с большим гребнем на спине помог выбраться Айне с Делией, а потом вытащил Мардеха, аккуратно взяв его зубами за одежду.

– Не спрашивай, – нибелунг забрался на спину животного и втащил туда Делию.

– Эти ведьмы лазают по скалам как горные козы, – напомнил Мардех и с надеждой в глазах протянул руку.

– Только потому, что собираюсь убить тебя сам, – Айна неохотно помог алхимику забраться и дал дракону команду лететь.

Глава 2

Столица фонтанов

Открыв глаза, Делия увидела над собой гладкий потолок, сделанный из похожего на мрамор светлого камня с прожилками. «Где я?» – девушка привстала на мягкой, застеленной белым бельем постели. Оглядевшись, она поняла, что находится в просторной светлой комнате с большим окном. Все убранство помещения составляли кровать, письменный стол, а также высеченное из цельного камня, обитое светлой кожей кресло, несколько сундуков и шкаф. По всей площади стены напротив Делии сверху в длинный желоб падали большие капли. Постепенно в голове девушки начали всплывать произошедшие события: «Ведьмы, Мардех, король нибелунгов, дар провидения, – вспоминала Делия. – Кому рассказать – сдадут в сумасшедший дом». Желая убедиться, что все части тела целы, она провела ладонями по ногам. «Так, вроде все на месте – одной проблемой меньше», – Делия встала с кровати и подошла к окну. Высунувшись, девушка увидела глубокий овраг, на дне которого протекала река. "Кто бы сомневался", – мысленно прокомментировала Делия, осознав, что все попытки побега через окно пресечены на корню. Недовольно фыркнув, девушка подошла к двустворчатой двери и подергала за круглую ручку – дверь оказалась запертой. Несколько секунд Делия размышляла, стоит ли ей привлекать к себе внимание: "Меня уложили и даже переодели в эту длинную белую ночную рубашку, значит, хотели вылечить. Кто бы это ни был, они скорее друзья, чем враги. В любом случае стоять просто так глупо".

– Эй! Здесь есть кто-нибудь?! – громко крикнула девушка, стукнув тяжелой дверной ручкой. – Выпустите меня!

Несколько минут было тихо, потом раздались негромкие шаги. Услышав как в замочной скважине поворачивается ключ, Делия отпрыгнула. В комнату вошла высокая, стройная женщина в длинном светлом платье простого покроя. На вид незнакомке было около тридцати лет, ее почти белые волосы были скручены в тугой пучок, а на поясе висела связка ключей. Чётко очерченные скулы и высокий лоб придавали ей строгий вид, но легкая улыбка на тонких губах выглядела дружелюбно.

– Меня зовут Агата. Я камара, то есть личная помощница короля, – представилась вошедшая дама, четко проговаривая каждое слово.

"Похоже, мой язык для неё не родной, – сообразила Делия. – Я в другой стране?"

– А я… – начала девушка.

– Делия. Я знаю. Все только о вас и говорят. Рей такой сплетник.

– Кто это? – с интересом спросила девушка.

– Домашний дракон нашего короля, – видя удивленные глаза собеседницы, Агата поспешила объяснить. – Вы, моя дорогая, находитесь в Катарионе, столице Сайрага, страны нибелунгов. Немногие люди удостоились такой чести.

– А где… где Мардех? – от пережитого шока Делия не знала, что говорить и уцепилась за алхимика как за связывающую ее с домом ниточку.

– Сбежал, опасаясь гнева Айны, нашего короля.

– И бросил меня здесь?! – воскликнула испуганная девушка.

– Вам ничего не грозит, – заверила Агата. – Сейчас принесут обед, потом я отведу вас к нашему королю. Он просил немедленно доложить как только вы очнетесь.

Агата хлопнула в ладоши, и тут же явились две девушки: одна несла поднос с едой и питьем, другая – постиранный и высушенный костюм Делии. Подняв крышку блюда, проголодавшаяся девушка обнаружила салат из трав и овощей, напоминающих огурцы, и кусок вареного мяса. "Не время привередничать, – девушка съела первую вилку салата и запила травяным напитком. – Хоть посолили и на том спасибо". Питье ей понравилось, но еда оказалась совсем пресной. "Одно хорошо: съешь пару кусочков этой гадости – до вечера ничего не захочешь", – подумала Делия, запивая очередную порцию овощей, чтобы не чувствовать их вкуса. После трапезы Агата отослала служанок и дала пленнице возможность переодеться в костюм.

Несмотря на пережитый страх, оживившаяся Делия чувствовала интерес ко всему происходящему. Идя за Агатой по длинному коридору, она внимательно рассматривала убранство дворца, поражающее количеством фонтанов разнообразных форм и размеров. Вода текла отовсюду: со стен, с потолка, из статуй. "Понятно почему нет деревянной мебели, – догадалась Делия, – моментально отсыреет и покроется плесенью". Агата привела ее к большой двери, впустила девушку, но сама осталась стоять снаружи. Войдя внутрь, Делия оказалась в большой комнате. Посередине стоял овальный стол с несколькими стульями, рядом на небольшом возвышении располагался трон, а по краям стояли фонтаны в виде статуй драконов. На одном из стульев сидел уже знакомый девушке Айна. Высокий, смуглый, довольно худой, король нибелунгов показался ей симпатичным, но, вспомнив цветистые описания Мардеха, девушка подумала, что алхимик сильно приукрасил действительность. "Глаза у него карие, а не чёрные омуты, – мысленно заметила девушка, – угловатое лицо и руки скорее подходят кузнецу или пахарю, чем монарху. Для прекрасной древней статуи он слишком худой. Нос мог бы быть и поменьше, но лежащие волнами короткие волосы шикарны, тут не поспоришь".

– Приветствую в моей стране, – мягко сказал Айна, показывая Делии на место за столом рядом с собой.

"Как только они не простывают от такой сырости", – девушка опустилась на стул, удивившись тому, что король сидит не на троне.

– Так случилось, что ты нарушила мои планы, – напомнил Айна.

– Да, Мардех рассказывал, – девушка старалась говорить и выглядеть спокойно.

– Дар провидения, полученный в день полного парада планет через соединение воды и света, позволяет видеть прошлое, настоящее и будущее. Акашерские ведьмы столетиями охраняли водопад, чтобы никто не мог обладать столь ценной способностью.

– Ни себе, ни людям, – прокомментировала Делия.

– Да, верно, – нибелунг широко улыбнулся, оценив юмор.

Делия поймала себя на том, что разглядывает обаятельного короля. "Стыдно! – она мысленно дала себе подзатыльник. – Попала в историю, сижу неизвестно где, и все равно в голове ветер гуляет".

– Мне интересно, что заставило тебя сунуться в пекло, не имея шансов на выживание? – спросил Айна.

– Ну, я думала это просто легенда, – стала оправдываться Делия, – а Мардех шахтёр.

– Скорее, вор, – король нахмурился. – Все, что он мог делать в шахте – таскать оттуда минералы для своих опытов. Допустим, ты не знала о его мелочной натуре, но, я уверен, было что-то еще.

– Любопытство, – Делия нервничала оттого, что низкий, спокойный голос Айны слишком располагал к откровенности.

– Отчасти согласен, – нибелунг давно заметил, как она мялась на стуле и решил вытянуть из своей пленницы правду.

Как опытный маг, он привык уделять внимание мелочам, а также тому, что самые ядовитые создания могут выглядеть безобидно. Интуиция говорила королю, что Делия всего лишь любопытная девушка, оказавшаяся не в том месте не в то время, но выработанная годами подозрительность требовала додавить новоиспеченную провидицу, для чего в ее питье добавили специальное подавляющее волю снадобье. Когда пленница обратилась к королю «на ты» это стало сигналом, что ее самоконтроль ослаблен.

– Мне можно все сказать, – прошептал Айна, посмотрев в глаза своей жертве. – Почему ты пошла за Мардехом?

Пережитый в пещере ужас и расслабляющее зелье в сочетании с завораживающим голосом короля сделали своё дело, и выдержка Делии дала сбой.

– Мардех говорил, ты станешь для меня идеальным мужем, – призналась девушка. – Он так расписывал твою красоту и силу, что я поверила.

– Что?! – Айна резко выпрямился. – Этот старый хряк думал сосватать мне тебя?! – король расхохотался.

Насмешливый тон больно задел гордость Делии, а зелье добавило масла в огонь.

– А почему бы и нет?! – Невольная пленница начала горячиться. – Или ты ждёшь принцессу в белой карете?

– Не до такой степени, – Айна отсмеялся и вытер выступившую из правого глаза слезу, – но ты?! Ты, которая…

– … получила ускользнувший у тебя из-под носа дар провидения! – резко прервала Делия.

– Не забывай, с кем говоришь, – строго осадил ее нибелунг. – Я могу превратить тебя в крысу или лягушку.

Такое обращение Делии не понравилось, так как она считала, что все люди равны и ни один человек не может быть выше или ниже другого, будь он хоть трижды король.

– Превратишь меня в крысу – точно не получишь свой дар провидения, – парировала девушка.

– Знай меру! – воскликнул нибелунг. – Ты, конечно, вправе требовать награду за свои услуги, но не переоценивай свое значение и возможности!

Роковая ошибка Айны состояла в том, что он повысил на Делию голос. Скажи он те же самые слова спокойно, девушка, несмотря на зелье, возможно еще смогла бы взять себя в руки и осознать, что заигралась, но гневный крик подействовал на ее самолюбие как кусок свежего мяса на голодного волка, отключив все тормоза. Ещё в детстве Делия усвоила, что если хоть раз проглотить чужой ор, этот человек потом станет кричать постоянно; гораздо эффективнее сделать наоборот, тогда несдержанный крикун усваивал, что своим поведением ничего хорошего не добьётся.

– Хочу чтобы ты на мне женился! – с вызовом заявила девушка. – Такая награда меня устроит.

– Ах ты наглая, любопытная выскочка! – он нахлынувшей волны гнева Айна вскочил со стула, резко ударил рукой по спинке ближайшего стула, отчего тот с грохотом свалился на пол. – Кем ты себя возомнила?! – закричал нибелунг. – Тебя бы бросить в яму к рыжим муравьям! Знаешь, как больно когда они прогрызают верхний слой кожи и забираются внутрь?

Прямо на глазах Делии обаятельный король превратился в разъярённого психопата, чьей фантазии на пытки позавидовали бы даже самые умелые палачи. От страха девушка застыла на месте, не в силах выдавить из себя хоть слово в оправдание.

– Мой король, – дверь тронного зала распахнулась, и вбежал еще один нибелунг в доспехах, а с ним пять вооруженных стражников.

– Ричард! – громко скомандовал Айна, обращаясь к воину с продолговатым лицом, – Немедленно найди эту собаку Мардеха и приведи сюда! Я собственноручно выкручу ему суставы и намотаю кишки на веретено! Хоть из-под земли достань!

– Но, мой король… – первый советник Ричард попытался успокоить разбушевавшегося монарха.

– Делай, что говорю! – Айна схватил его за выступающий воротник и одной рукой приподнял над землёй, хотя они были примерно одинакового роста.

Дрожа от стража, Делия попятилась к другой двери и почти сразу наткнулась на Агату, которая, как и первый советник, решила войти в тронный зал, услышав дикие крики.

– Агата, уведи ее с глаз долой! – приказал Айна.

Камара кивнула головой и потянула за собой застывшую девушку. Когда они отошли от тронного зала на некоторое расстояние, Агата заговорила:

– Не знаю, что вы такого сказали, но из-за ваших слов наш король потерял лицо, поддавшись гневу на глазах у подданных. Берегитесь, он вам этого не простит. – предупредила помощница-воительница.

– Агата, я безнадёжна, – начав приходить в себя, Делия грустно вздохнула. – Сделав одну ужасную глупость, я тут же умудрилась совершить вторую.

***

Сидя на широком подоконнике, Делия наблюдала как солнечный диск опускается за горизонт, образуя вокруг себя красивый розовый контур. Природное явление, вдохновившее стольких поэтов, не доставляло ей радости, а наступающая ночь навевала ощущение ужаса вместо романтики. "Как только у меня язык повернулся такое ляпнуть?! – мысленно ругала себя девушка. – Теперь придётся очень долго извиняться, возможно, ползать на коленях и вылизывать ему ботинки. Повезёт еще, если дело ограничится только ботинками. Я ужасное, тупое создание, испортившее себе жизнь. А еще неблагодарная дочь. Отец с ума сойдёт от волнения, когда не обнаружит меня дома." – Девушка попыталась заплакать, но, видимо, все слезы уже вылились за последние два часа, поэтому ее глаза остались сухими. Вопреки поговорке о том, что слезами горю на поможешь, Делии для решения проблем необходимо было сначала хорошо выплакаться, после чего обычно наступало странное ощущение легкости и начинало клонить в сон. Не сильно веря, что после всего пережитого у нее получится заснуть, девушка все же легла на кровать прямо в одежде и, стоило ей прикрыть глаза, мгновенно отключилась.

Всю ночь ей снились кошмары: то рыжие муравьи, прогрызающие пути в коже, то висящие на веревках вывернутые руки. В очередном видении король нибелунгов стоял над привязанной к столу девушкой с топором для разделки мяса в руках. Наклонившись над жертвой он зловеще произнес: «Делия, Делия».

– Делия, – Агата слегка толкнула спящую девушку.

– Что? Что? – сонная Делия еле открыла заплывшие от рыданий глаза.

– Пора вставать, – ласково произнесла Агата. – Вас хочет видеть наш король.

– Неееет, – девушка натянула одеяло на голову.

– Так не пойдет, – настаивала Агата. – Я приготовила вам ванну. Искупаетесь и сразу посвежеете.

– Ладно, – Делия нехотя поднялась на ноги.

Зареванная, с оплывшим лицом и спутанными волосами, она больше походила на молодую кикимору, чем на человека.

– Пойдемте в ванную, – Агата потянула девушку за руку.

– А что, я своим видом оскорблю короля? – съязвила Делия.

– Сомневаюсь, что у вас получиться оскорбить его сильнее, чем вы это уже сделали, – напомнила Агата.

– И то верно, – согласилась Делия, подумав, что перед предстоящей встречей не помешает освежить мозги.

Агата отвела свою подопечную к небольшой двери в углу комнаты, настолько сливающейся со стеной, что девушка ее сначала не заметила. В соседней комнате находилась небольшая купальня, где в центре стояла мраморная ванна с прохладной водой. Оставив девушку в одиночестве, помощница Айны вышла, предупредив, что все попытки бегства обречены на провал.

Недолго думая, Делия разделась и залезла в ванну по шею. Набрав воды в ладони, девушка умыла горячий после ночи кошмаров лоб, и это ощущение показалось ей невероятным блаженством. Постепенно способность мыслить здраво стала возвращаться и вспомнился эпизод, когда, будучи подростком, Делия гуляла с собакой. Неожиданно пес сорвался с поводка и убежал в огород к очень вредной пожилой скандалистке. Когда Делия перелезла через забор в надежде быстро увести собаку, на нее обрушились потоки ругательств и обещания предъявить Эдварду Бишопу счет за испорченные грядки. Последняя угроза серьезно напугала Делию, так как меньше всего ей хотелось причинять отцу беспокойство. Когда склочная хозяйка огорода прокричалась, Делия пообещала ей, что отведет собаку домой, а потом вернется и все исправит. Верная своему слову, она пришла пару часов спустя и сразу принялась за работу. Честность в сочетании с искренним желанием устранить последствия своей ошибки так впечатлили гневливую бабушку, что та накормила девочку пирогами и сказала, что ничего не расскажет Бишопу-старшему. В тот момент юная Делия усвоила, что если вовремя повиниться и самой выбрать себе наказание, можно избежать худшей участи. Именно эту тактику она решила применить в разговоре с Айной, чтобы не попасть к рыжим муравьям.

Искупавшись, Делия надела предложенной ей чистое светло-зеленое платье в пол с завышенной талией и длинными рукавами.

– Я готова, – бодро заявила девушка.

– Другое дело, – похвалила Агата.

«Вперед, ты сможешь!», – мысленно подстегнула себя Делия, заходя в тронный зал.

На этот раз нибелунг сидел на троне. Выражение его лица было серьезным, но без тени гнева или раздражения.

– Как самочувствие? – поинтересовался Айна, стоило его гостье приблизиться.

– Спасибо, все отлично, – Делия опустила глаза и старалась не делать резких движений.

– Вчера твое предложение руки и сердца застало меня врасплох, – в тоне короля совершенно не было чувства вины, а лишь сарказм и холодность.

Желая сразу взять контроль над ситуацией, девушка быстро заговорила:

– Я понимаю, что поступила глупо и недостойно. Мои извинения безграничны. За свой ужасный поступок я, несомненно, заслуживаю самого страшного наказания – изгнания. С вашего разрешения, я немедленно удалюсь к себе домой в позоре и бесчестье.

– Думаешь, я позволю тебе просто взять и уйти? – усмехнулся в ответ Айна.

– Конечно, дар провидения, – вспомнила Делия. – Я готова хоть сейчас передать его вам во искупление вины.

Произнося последние слова, девушка думала, что блестяще исполнила выбранную роль кающейся грешницы, но Айна разрушил все ее иллюзии.

– Заманчивое предложение, – протянул нибелунг, – только вот беда, этот дар нельзя отдать или забрать. Более того, даже если я тебя убью, мне придется еще лет семьдесят ждать следующего большого парада планет, чтобы стать новым провидцем. И что делать? – он посмотрел на девушку как судья, который уже вынес приговор, но хочет для порядка дать обвиняемому последнее слово.

– Может, я смогу увидеть то, что вы хотите? – предложила Делия.

– Интересно, – Айна небрежно водил пальцами по подлокотнику трона. – А ты знаешь, как пользоваться своим новым даром?

Спокойствие и видимое равнодушие собеседника заставили девушку волноваться сильнее, чем если бы Айна с порога обозвал ее дурой и выгнал из дворца.

– Я научусь, – робко ответила Делия.

– Будем надеяться, – нибелунг тяжело вздохнул. – А как? – он снова посмотрел в упор.

Повисла пауза. Делия не знала, что сказать, так как никогда раньше не колдовала. Она чувствовала себя как пойманный суровым учителем нашкодивший мальчишка, который уже понял, что его накажут, но не понял, как именно.

– Обучение магии нужно начинать с детства, – продолжил король. – В твоем возрасте освоение магических приемов потребует продолжительного времени и ежедневных тренировок. И как ты себе это видишь? Я отпускаю тебя домой, а потом регулярно прихожу как личный репетитор?

Действие зелья, ослабляющего внутренний контроль давно прошло, и снова включившийся разум Делии подсказал ей, что говорить «да» не стоит.

– Я могу приходить сюда как послушная ученица, – предложила девушка.

– Очень интересно, – Айна скептически покачал головой. – Знаешь дорогу? Сможешь пройти через населенный опасными животными лес? Сомневаюсь. И что же остается? Каждый раз присылать тебе охрану?

– Ммм, – Делия промычала что-то невразумительное.

– Более того, даже если ты окажешься архи-добросовестной ученицей, потребуются долгие годы, прежде чем у тебя начнут получаться простейшие вещи.

– Как тогда следует поступить? – прямо спросила девушка, которой надоела затеянная королем словесная игра в мудрого наставника и тупую школьницу, которой надо объяснять почему огонь горячий, а трава зеленая.

– Ускорим процесс, – загадочно ответил Айна, – с поддержкой нибелунгов все станет получаться быстрее.

– Я не совсем понимаю, – Делия приготовилась к худшему, так как интонация короля не сулила ничего хорошего.

– Подумав, я решил, что наша свадьба хорошая идея, – заявил нибелунг и, не дав Делии подобрать с пола упавшую челюсть, продолжил. – Вступая в священный союз, супруги разделяют боль и силу друг друга. Ты станешь нибелунгом, как я, получишь все способности нашего народа и часть моих возможностей. Это ускорит твое обучение магии в сотни раз, плюс, я всегда буду знать, где ты находишься.

– Но… но… Ваше Величество, – взмолилась Делия, – я лишь хочу домой, хочу снова увидеть отца. Пожалуйста, отпустите меня. Скажите, что мне сделать?

– Уже сказал, – отрезал король. – С этого момента разрешаю звать меня по имени и «на ты» как своего жениха.

– Айна, пожалуйста, – забыв про гордость, девушка бросилась на колени и схватила нибелунга за кисть руки.

– Хватит уже, – король поднял ее за плечи, – иди прорыдайся и начинай готовиться. Агата поможет.

Айна слегка махнул рукой, приказывая своей будущей жене уйти. Он говорил спокойно, без раздражения, но твердость в его голосе и жестах заставляло подчиняться без всяких зелий. Выйдя из тронного зала Делия снова столкнулась с Агатой.

– У нас много работы, – помощница Айны звала девушку за собой.

– Не может быть, – ошеломленная Делия не двинулась с места.

– Пожалуйста, – повторила Агата, – не заставляйте меня применять силу.

Опустив голову, Делия побрела по коридору обратно в свои покои. Чувствовала она себя так, как если бы по ней пробежался табун лошадей.

Глава 3

Дети гномов

– Айна, мой заклятый друг, – с улыбкой произнес низкий бородач с длинными седыми волосами, куда были вплетены золотые украшения, и с ритуальным посохом в правой руке.

– Мой дорогой Готхард, – нибелунг подражал полушутливому полусаркастическому тону гнома, – предоставленные покои тебе понравились?

– Я бы для четного числа еще один фонтан поставил, а так нормально, – иронично ответил король гномов.

Приглашения на свадьбу Айны и Делии были разосланы многим правителям и высокопоставленным особам, но в первую очередь соседям. Готхард вместе со своей семьей, слугами и охраной прибыл первым. После полагающихся случаю ритуалов приветствия гномов проводили в покои, где их король оставил своих многочисленных родственников и пожелал встретиться с Айной в его кабинете без свидетелей, что немало удивило нибелунга, так как обычно гном говорил о делах в строго определенное время года, с благословения жрецов и после сытного обеда.

Темпераментный, как большинство гномов, Готхард считал нибелунгов занудами, не умеющими веселиться и скептически относился к их праздникам, но на этот раз, едва развернув приглашение, он пришел в крайнее волнение и объявил женам и детям, что у них не больше часа на сборы. В свадьбе Айны Готхард увидел предлог навестить нибелунга и задать не предназначенный для посторонних ушей вопрос. Событие, произошедшее в королевстве гномов месяц назад, могло вызвать такую панику, что правитель гномов не мог описать его в письме из страха, что прочитает кто-нибудь, кроме адресата. Несколько дней он раздумывал над более-менее правдоподобной причиной навестить нибелунга, а когда такая появилась, поспешил ею воспользоваться. Оставшись наедине с Айной, Готхард решил, что будет разумным сначала завести дежурную беседу, чтобы понять намерения и настроение соседа, а только потом переходить к главному вопросу.

– Иди сюда! – гном резко дернул на себя руку нибелунга и обнял его, как отец загулявшего сына. – Эх, какой вымахал! Все никак не могу забыть, как подростком ты составлял карту расположения наших шахт, а когда тебя заметили, устроил такой обвал, что последствия разгребали еще год.

– Я не горел желанием увидеть гномьи тюрьмы, – напомнил Айна.

Пожилой гном знал короля еще ребенком и в общении с ним позволял себе панибратство на правах старшего. Айна прощал Готхарду эту черту характера, так как свои отцовские замашки гном проявлял только во время личных встреч, а на глазах у подданных соблюдал необходимую дистанцию. Их собственный, годами соблюдаемый ритуал заключался в совместном вспоминании устроенного Айной обвала. Диалог, проходивший по одному и тому же сценарию, давал обоим понять, что у соседа мирные намерения.

– Поймай мы тебя тогда, упрятали бы лет на пятнадцать, – произнес свою любимую реплику Готхард.

– Разведка всегда была и всегда будет, – философски заметил нибелунг.

– Хочешь сказать, ты и сейчас шпионишь? – гном сделал вид, что начинает злиться.

– Как и ты, – беззаботно ответил Айна.

– За тобой нужен глаз да глаз, – Готхард провел ладонью по своей длинной бороде, демонстрируя тем самым свое благожелательное настроение.

Расположившаяся на Изумрудных холмах страна гномов находилась как раз на границе Туканского леса, за которым простиралась столица нибелунгов. За всю историю соседства между двумя народами не раз вспыхивали ссоры, порой доходило до войны, но по большей части они предпочитали жить в мире. Из-за близкого соседства нибелунги с детства учили гномий язык, а гномы, в свою очередь, хорошо разговаривали на языке нибелунгов. Триста лет назад, когда закончилась последняя война, предшественники Айны и Готхарда установили обычай, по которому каждый год в определенное время должна была проходить церемония открытия границы, сопровождающаяся песнями, танцами, играми и военными парадами. Если в отношениях соседей все было гладко, солдаты на церемонии открытия обменивались сладостями, а если назревал очередной кризис – дарили друг другу неспелые плоды и горькие настойки. Короли оплачивали мероприятие по очереди, а чтобы затраты окупались, на всем протяжении праздника разрешалась беспошлинная торговля.

Веселый Готхард сам был рад принять участие в танцах на церемонии; Айна предпочитал наблюдать за действием со своего трона. По возрасту гном годился нибелунгу в деды, но по поведению все выглядело наоборот. Взрывной, эмоциональный Готхард мог легко отменять решения, принятые под влиянием настроения; для того, чтобы Айна изменил свой приказ, должен был по меньшей мере перевернуться небесный свод. Нибелунг жил одиночкой; семейство гнома насчитывало не один десяток близких родственников, включая восьмерых жен, многочисленных детей и внуков. Довольно полный Готхард любил вино и вкусную пищу, приготовленную умелыми поварами; Айна по сформировавшейся в походах привычке ел мясо и рыбу сырыми, а пил воду и напитки из трав и ягод. Разные во всем, два короля уважали друг друга и со стороны напоминали школьных друзей, раскиданных жизнью.

– Признаюсь, известие о твоей свадьбе заставило меня усомниться в собственном умении читать, но еще больше меня поразило то, что твоя избранница человек, – глаза гнома горели любопытством.

– Это долгая история, – обреченно вздохнул Айна.

– И еще, что тебе сделал старый прохвост Мардех? Награда за его поимку больше, чем за отпетых разбойников.