Erhalten Sie Zugang zu diesem und mehr als 300000 Büchern ab EUR 5,99 monatlich.
- Herausgeber: Strelbytskyy Multimedia Publishing
- Kategorie: Poesie und Drama
- Sprache: Russisch
Сборник стихотворений "ИЗВОЛЬ. Том второй" Владимира Костельмана. Это сборник стихотворений-образов, которые читатель каждый день может трактовать по-своему. Это стихи для смелых людей, живущих вне времени, веры, расы и социального положения. Автор вне коньюктуры, потому что может себе позволить быть честным. Электронную книгу "ИЗВОЛЬ. Том второй" Владимира Костельмана можно читать и скачать в формате epub, fb2, PDF.
Sie lesen das E-Book in den Legimi-Apps auf:
Seitenzahl: 156
Veröffentlichungsjahr: 2021
Das E-Book (TTS) können Sie hören im Abo „Legimi Premium” in Legimi-Apps auf:
Ähnliche
В. Костельман
Изволь. Том второй
Восьмой вариант сборки
Сборник стихотворений «ИЗВОЛЬ. Том второй» Владимира Костельмана.
Это сборник стихотворений-образов, которые читатель каждый день может трактовать по-своему.
Это стихи для смелых людей, живущих вне времени, веры, расы и социального положения. Автор вне коньюктуры, потому что может себе позволить быть честным.
Электронную книгу «ИЗВОЛЬ. Том второй» Владимира Костельмана можно читать и скачать в формате epub, fb2, PDF.
Часть
ФЛИГЕЛЬ
«По причине замены всех батарей…»
По причине замены всех батарей,
Выхожу из душа на час скорей,
Есть на чай — лимон, и к борщу
— порей. Уговор не болеть был
про левый бок.
Полежал другим. На живот прилёг.
В резюме отметим: уговор неплох.
Уговор неплох. Не ему истечь.
Батарей — полно, и с дровами — ечь,
Есть ковры — для ног, и живот — прилечь.
По причине здоровья, могу испить
Из горла, до дна. Не держу обид
Для его же целей. Неплохо сбит,
Под водой ныряю минуту аж,
Чищу зубы — две. Набираю стаж
По пешком с мешком на восьмой этаж.
Что мешок под глазом, то в нём контраст
Уговору. В гору те сто кто даст,
Что, жалея печень, не склеишь ласт?
Тут один лечил. Его скрыла мгла.
Что он там жалеет — вопрос угла,
Но другого зренья, коль мгла б могла.
У меня со зреньем как раз вась-вась.
Им на сварку мог бы. На кой сдалась?
Попаду и в белку, и в ейный глаз.
Попаду и в мощи, живя так впредь.
Есть и — так чеснок, и — на чём тереть,
Не скажу, чтоб это большой секрет,
Но чеснок хорош, если пить путём,
А не пить путём, это что потом?
Или трезвым лапоть не так сплетён?
Тут один писал, что сплетён не так.
Про потери в хере и прочий страх.
Возражу. Собака — и друг, и враг,
То смотря кому. Если ты сечёшь,
Я к чему клоню, уговор хорош.
А потери в хере врачует дроч.
10.10.15
«Сражаю гласом громовым…»
Сражаю гласом громовым,
И взором, гибельного свойства,
Но безупречный вкус, увы.
И он препятствует знакомству.
Мне всё не так. Сказать точней,
Не всё, — мельчайшие детали.
Куда уж дамам, коль ручей,
Порой, мне кажется притален
Здесь слишком узко, там морщит,
А в этом месте режет ухо,
Как он безграмотно журчит.
Куда уж дамам… Орган слуха
Уловит иноде ресницы
Соприкасаются когда бы
Без должной точности, и мнится,
Что это стройка и прорабы.
Аж от прорабов чую пот.
Один как, вижу, подойдёт
К другому, нежно прислонится,
Вот им уже не до работ,
И так у них страдает стройка,
А у меня упадок веры.
И выручает лишь попойка,
Особо если выше меры.
Тогда все дамы — королевы,
Богини, пифии услады,
Весталки трепетных колен,
Объятий жаркие менады.
Вкус безупречный притуплен.
Ристают жрицы грешных линий,
Вакханки откровенных поз.
Вдруг чей-то взгляд мелькнёт наивный,
Мелькнул — и нет его. Как прост,
Обворожителен был взгляд,
Какая детская ранимость.
Иных не ведаю наяд,
Средь толчеи, за этой ринусь.
Но вкус вернётся погодя.
О, это сладкое проклятье!
Пусть даже, мне она, родя…
Но чуть не так оборка платья,
И, незаметный остальным,
Изъян суждения едва лишь,
Я вновь на поиски гоним,
Но что искать? Скажи, товарищ,
Скажи, родной мой. Брат, скажи,
Чего искать? И где? О боги,
Так много выдано души
Зачем немногим?
Так много нюха, взора, слуха
Сюда зачем, где нет ни звука,
Ни толик запаха, ни цвета Зачем всё это?
27-28.12.16
«Суровый обычай, а виды в окне…»
Суровый обычай, а виды в окне
Граничили с детским спортзалом,
Гонять за мячом и кричать, ребятне
Годился, а мне несказанно
Увы, не мешал, а совсем настоёб,
Но дети и спорт были душкой,
А я был алкаш, и не двинуться чтоб
Лежал с головой под подушкой.
Мой вид алкаша — безбодунный-степной,
Особенность — квасим ночами.
Мы днём то поспим, то займёмся стряпней,
Вот спать-то как раз и мешали.
Итак, оставалась стряпня. Головняк,
Но нас, безбодунных, учили
Различным приёмам яичницы, шлак
Выводит что та по причине.
Где выведен шлак, остаётся открыт
Обычно вопрос: табачку бы.
Степным алкашам полагалось курить,
У них специальные губы.
Наладив гармонию с миром, набив
Предметами сумку, а как же,
Предметы нужны, выходил на обрыв,
Что значит «порог» по-алкашьи.
Обрыв, опечатанный внешней средой,
В ходьбе уменьшает потребность,
Кто пьющая особь и не молодой,
Для них это факт, а не ребус.
Поправил осанку в районе хребта,
Решил, что напьюсь чуть пораньше,
Расправил плечей, рукава закатал,
И с левой шагнул, наудачу.
3.10.16
«У бармена хорошего локоть…»
У бармена хорошего локоть,
Как при выдержке длинной, штатив.
Окончания редкие могут
Разогнаться до речитатив.
Прихожу, бородач и оболтус,
Постоять, позвенеть. Кубик раз.
Кубик два. Подходящая плотность
Извиняет поникший окрас.
От подвала живёшь до подвала,
Не успев измениться в лице.
Потеряется голос, бывало,
И найдётся, а звуки не все.
Ни чеканки у звёзд нумизматом
Я не буду, ни влажных ресниц
Собирателем. Пьющим приматам
Не по сану такой экзерсис.
На покой же, рулады и бисер,
Построений кортеж речевых.
Реверсивное свойство в забыться
Украшает размер чаевых.
24.02.14
«Держала сетка противомоскитно…»
Держала сетка противомоскитно
Рубеж окна, а гад, кровопиющ,
Атаковал, из вредного инстинкта
Со стороны пейзажа, в виде туч
Над красной крышей. Выбранив паскуду,
Я бил по сетке палочкой от суш,
Отважный враг, отпрянув на секунду,
Летел назад, браня меня в ответ.
Ни диких сцен, ни паники, ни бунта, —
Отличный враг! Москит он или нет,
Уже не важно. Я подставлю руку.
Мерзавец, пей! Насытишься едва ль.
Отличный враг в природе реже друга,
Побудь ещё. Попей. Не улетай.
26.03.16
«Обязательством не связан…»
Обязательством не связан,
Не юнец, но и не муж,
До того приятный глазу,
Что на ощупи не хуж,
Семеня необычайно,
Добывал мадам из шуб,
На углу, в салоне
чайном, Драматично
вскинув чуб. Делал
ножкою, под псинок
Подавая табурет.
Делал ручкой, из корзинок
Будто кролик был и нет.
Мы любили этот подвиг,
Но особенно другой.
Подналить, да чтобы лёдик,
Да по курочке с ногой.
И набрав, по разным данным,
Или бледность, или вес,
Хлопотали по сметанам
За вареника пловец.
А не муж и не юнец кто,
На столы из рукавов
И ещё другого места
Сыпал блюда из коров,
Нам играл на инструментах
Из Петра да Ильича,
Схож в усах интеллигентных
На скрипичного ключа.
Сожалея, что безногий,
И тоскливо глядя в зал,
Там вареник одинокий
По сметане уползал.
Из хрустального сосуда
Цвёл анисовый букет,
Дамы нюхали оттуда,
Совершая этикет.
Но рассасывалось это,
И уборщица, ворча,
Вещи видела конкретно
А не с нами сообща.
Вещи видела раздельно.
Мёртвый кролик. Пять столов.
Пара спящих. Труп растенья.
Рыбьих несколько голов.
Красный след на зубочистке.
На бокале красный след.
Чёрной музыки на диске
Поцарапанный скелет.
Ни манто, ни прочих фраков.
Вдруг омаров голоса
Из ведра варёных раков.
О, кричи, уборщица!
30.01.16
«Вот-вот упадёт, но ничуть не встревожен…»
Вот-вот упадёт, но ничуть не встревожен,
Как будто в запасе имел невесомость,
На краюшке стула мужчина под скотчем
Сбивающий пепел в ворчестерский соус.
Здесь вроде не курят, но вроде — не компас,
Им можно вертеть и менять результаты,
Засим, бесконечна, имеется область
Свободной трактовки, а соус — бесплатно.
Погоды под скотчем всегда лучше внешних,
Там люди добрее, вместительней нежность,
Мужчины похожи на рыб зарубежных.
А наш не похож. Очевидно, погрешность.
Он вроде бы карпа, что ловят в Черкасской,
Не сильно чтоб жирный, не очень облезлый,
Вполне говорящий, не путай со сказкой,
Под скотчем у рыб этот дар повсеместный.
На краешке стула, над чем-то съедобным,
К чему дали соус, но чем, я не вижу,
Живёт существо в настроеньи беззлобном,
Вертя плавником и хвостом чуть пониже.
Под скотчем бессрочность приветствуют, кстати,
Таких обязательств, как жить до банзая.
Банзай наступает. Страхующий сзади,
Мужчину ловлю я, но карп ускользает.
27.03.16
«Сгиньте, паузы биенья!»
Сгиньте, паузы биенья!
Рассекают на моторке
Две девицы. Слышу пенье
Арий беса, а не Порки.
Вижу очи, слышу залпы
Из очей по шатким нервам.
У меня такие лапы!
Ими прыгну, буду первым!
На те пробок хлоп шампанских,
На те сердце, на те зонтик,
На те в искренности маске
Скачка лун на горизонтах.
Платья чёрные, в обтяжку.
Языка не чует нёбо.
Кожи каждая мурашка
Ощущается особо.
Где бы церковку отыщем,
То падём как на колени!
А при церковке кладбище,
О, волнительно предельно!
Не умрём, но воцаримся,
Вроде бубна в хоре мрачном.
Оговорки, маслом в рисе
Тают, делаясь прозрачны.
Возвизжим же от удушья!
…повозились и остыли…
Хуже нет того, что лучше.
…гребля вёслами в пустыне.
Траншея
Или кабель тянули, траншея пуста,
Хоронить или будут удава.
Сомневается серая часть вещества,
Полушария оба — направо.
Невозможно же так. Ну, траншея себе.
Ну, пустая. Таких миллионы,
Но она не траншея уже, а ступень
Много вниз, где ядро раскалённо.
Ну конечно, секретный единственный вход.
Где-то здесь рычажок или кнопка.
Только нужно удава и кабель, и код
От удава, чтоб кабелем в попку.
Тоже важный обряд. Без него не открыть.
Полушария прыгают тигром.
И не рыли её, это метеорит
Очень длинный упал и отпрыгнул.
24.08.14
«Непроницаем улицы кондом…»
Непроницаем улицы кондом,
Толпа рычит, как взятая волчица,
Но в этот раз я говорю: pardon,
Что значит здесь: «позвольте просочиться».
Мне нужен паб, куда бы лечь на дно,
При этом, в шлёпках, кепке, и транзите,
Прилечь на дне, приказывать: maintenant,
Что значить здесь: «аллё, не тормозите».
«Плевать, что дно и стойка — близнецы…»
Плевать, что дно и стойка — близнецы,
Бухлишка виды хуже, чем ебучесть
У монумента. Сказано: не ссы,
Бармен очкастый, лей галимый бушмилз.
Очкастый гном, решай чужой пивас,
Гляди сюда, на новые кроссворды:
Горизонтали — дна взаимосвязь,
По вертикали…вертикали к чёрту.
Здесь не питанье детское, поди,
И не лото, под лычки, с корешами.
В себя приди, увидь и победи,
Реши вискарь, как прадеды решали.
Галимый, пусть. Ирландский, наконец.
Ты не comprandre? Сделай одолженье,
Не вешай на… от луковых колец
И так тошнит… куда уж вермишели.
Итак, тошнит. Но паб на то и паб,
Чтоб дай на клык хоть пугалу, хоть сфинксу,
Всё хорошо, учитывая баб,
Уход в умны и прочие меньшинства.
Вот ты умён, к примеру, мой бармен.
Зачем в очках, как если не об этом?
А я бы принял даже каберне
И растворитель, судя по приметам.
Где изложенье, так тому и быть,
Идёт на убыль, там традиционно
Горизонтали мастерский гамбит.
Я говорю: подайте l’addition-а
Что значит здесь: «забудь и отвали».
«На паба взгляд, косой а не орлиный…»
На паба взгляд, косой а не орлиный,
Всё по колено, чем ни травани,
Галимый бушмилз или не галимый.
17.04.16
«Забудем ревность, дамы! Сколько вас?»
Забудем ревность, дамы! Сколько вас?
Ну три, четыре. Да, уже не молод,
Бывало, мог и с дюжиной, резвясь.
О, барин мог. Но больше не изволит.
Забудем ревность. Купим много ваз,
Цветы расставим, каждой по букету,
Взопьём шампанского, закурим сигарету
И бросим жребий, с кем вступаю в связь.
А вдруг не жребий? Видите ли, если
Забудем ревность, ляжем все подряд,
Предположу, что это интересней,
И вам почин, и барин тоже рад…
И пусть про нас хоть что не говорят,
Важней огонь, ристающийся в чресле.
Итак, подруги! Ринемся же в пасть
Грязнейших игр, развратнейшего быта!
У мирозданья в центре только страсть!
Забудем ревность, выйдем на орбиту!
Отличный план. Сольёмся под Би Джиз,
Накуримся, чтоб головы, как сраки,
Везде и всё — снотворное, кажись,
Затем, что сами — афродизиаки.
О дамы, самки, барышни, подъём!
Подъём, подруги, дамочки, красотки!
Плывём туда, где глубже водоём
Запретных нег и выпрыгнем из лодки.
В рубрику «ч. отлагательное»
Где бы палубы так качались,
Как вчера подо мной тапки.
Выпадая, зашиб палец,
В четвереньки загнал скабки.
Стены, помню, росли на бок,
Зрел вопрос к моряку, волку:
Почему так болит запах,
Если падает кофемолка?
Шагом-марш — это спать. Вольно!
Сверив лоб и столов ножки,
Рухнуть раненой головой на
Вероломный песок кошки…
Нынче утро. Ну, день, ладно.
Утро — их, бегунов, утка.
Чувство к горлу глотка — стадно,
Пахнет чем голова — жутко.
Но спокойно! Стоять прямо!
Пять минут до кафе. Ну-ка!
Основная, моряк, программа —
Исключить, чтоб во рту сухо.
На ура уходи, достоин,
Подгребаемый булкой соус.
Прежде чем пить, морское
Дело — поесть на совесть.
Как правило, всё — плохо,
А время — не чтоб лечило.
Две тысячи мне восьмого
Брунелло ди Монтальчино!
23.03.14
«Каприз гидропарка откачивать жидкость…»
Каприз гидропарка откачивать жидкость
Из прочих сосудов хранящего жанра
Снижает у почвы конечную зыбкость.
Лежи как попало. Зови ихтиандра.
Хрустящие уши и встречные чипсы.
Подача на ярко-зелёной пластмассе.
Что эти, кто лечится пивом, ошибся
Не должен вопрос вообще подниматься.
В колчан шампуры, на кочан кукуруза,
Купальные мощности в тесную плошку
Сложите, наденьте — содружество, узы
Расчёт пуповины на режь понарошку.
Что био, то — био. Растенья, кабинки.
На кислый в разгаре — подмышки, железо
Фасад незадачливо смазанный в снимке
Не баба, но с воза. Следи, чтоб не влезла.
Чем злей гидропарк, тем инверсия слаще
От изображений на аттракционы,
И зуд фантастический рвёт передачу
Сюжетом пластмассы о ярко-зелёном.
23.06.14
«То, на что бы Гегель сказал нихт…»
То, на что бы Гегель сказал нихт,
Я за это сегодня скажу лыхаим.
За природы во времени то есть пик.
Существуем, ибо предполагаем.
На лыхаим он тоже б сказал найн.
Эти немцы странные. Наливай.
За на что Бердеяв сказал бы нет,
Я за это залпом могу и двесть.
Типа, Новый, конечно, хорош Завет,
Но коль Б-г — пред ним, то и Воля есть.
Это пусть по верхам. Соглашусь, да.
Но Бердяев в прошлом. А нам, жидам,
Абсолют — не пальцами как вода,
А из пальца целим как раз куда.
То на что бы Локк утверждал йес,
Без идей врожденных, подобьем кукл,
Что приходим в мир, у меня протест.
За протест и выпьем, коль разум трезв.
Я не умный, нет, а читаю Гугл.
Англичане что? Никаких проблем.
Ну, еда гавно. Так её не ем.
Ну, гавно погода, зато есть сплин.
Наливай за нас солидарность с ним.
Продолжать бы мог, но завис девайс.
То есть пить-то буду, но в дебри — нон,
Я такой французский сегодня, мась.
Пососи язык, жид пока при нём.
24.08.14
«Перво-наперво, кто на стакан забили…»
Перво-наперво, кто на стакан забили,
Это их ведь бок. На примере гула,
Отвечаю только как звук в турбине,
Не за весь полёт, а за чтобы дуло.
Да, гудел вчера. Да, по барам шлялся.
Да, не помню, платил или угощали.
Возвращался сильно о третьем часе.
