Erhalten Sie Zugang zu diesem und mehr als 300000 Büchern ab EUR 5,99 monatlich.
- Herausgeber: Strelbytskyy Multimedia Publishing
- Kategorie: Poesie und Drama
- Sprache: Russisch
Третий том поэтических текстов Владимира Костельмана, из серии «Трыдевядь», продолжает авторскую линию, в которой художественное мышление стремится к преодолению линейного восприятия языка и пространства. Эти тексты балансируют между верлибром и ритмически организованной речью, между бытом и философией, между словом и его разложением на звук. В центре поэтики Костельмана — метафора как принцип мышления, языковая деформация как метод и внутренняя музыкальность как неотъемлемое качество. Стихи насыщены образами, внутренними сдвигами и смысловыми прорывами, часто работающими на грани абсурда и точного попадания. Здесь возможны и бытовые диалоги, и рефлексивная проза, и условная драматургия — всё встроено в поэтическое пространство. Настоящий том можно рассматривать как единое поэтическое поле, в котором читатель вовлекается не столько в чтение, сколько в участие. Это тексты, в которых важно не только то, что говорится, но и как, — и именно это «как» становится самостоятельной формой высказывания.
Sie lesen das E-Book in den Legimi-Apps auf:
Seitenzahl: 326
Veröffentlichungsjahr: 2025
Das E-Book (TTS) können Sie hören im Abo „Legimi Premium” in Legimi-Apps auf:
Ähnliche
В. Костельман
Трыдевядь
Том Третий
Третий том поэтических текстов Владимира Костельмана, из серии «Трыдевядь», продолжает авторскую линию, в которой художественное мышление стремится к преодолению линейного восприятия языка и пространства. Эти тексты балансируют между верлибром и ритмически организованной речью, между бытом и философией, между словом и его разложением на звук.
В центре поэтики Костельмана — метафора как принцип мышления, языковая деформация как метод и внутренняя музыкальность как неотъемлемое качество. Стихи насыщены образами, внутренними сдвигами и смысловыми прорывами, часто работающими на грани абсурда и точного попадания. Здесь возможны и бытовые диалоги, и рефлексивная проза, и условная драматургия — всё встроено в поэтическое пространство.
Настоящий том можно рассматривать как единое поэтическое поле, в котором читатель вовлекается не столько в чтение, сколько в участие. Это тексты, в которых важно не только то, что говорится, но и как, — и именно это «как» становится самостоятельной формой высказывания.
Strelbytskyy Multimedia Publishing © Ukraine - Kyiv 2025
ISBN:9786178622589
15. Столик в фойе второго этажа с табличкой «Экскурсии от фрау Ф.»
«Подверимся на берег намибийский...»
Подверимся на берег намибийский.
Пока он есть, по-видимому, тут
Конечностей бесформенных огрызки
Так раскидало, ими не гребут,
В тюленевом плывёшь как будто супе
На сухогруз. Немедленно уступим,
Мы видим флаг и знаем порт приписки,
Нам непонятно только, чем он – сух,
Но вдалеке уже, как то бюро услуг,
Конечно, добрых, по не оказанью
На праздный ход, влияния глазами,
Ход размышлений. Кто их тут воткнёт,
Куда и чем, где просто – праздный ход,
И праздный вид, за вычетом на гроте
Покачиваясь капель деловитых.
Подверимся на берег, чтоб не вытек,
Не ускользнул из нас на повороте.
Из нас и супа. Есть и нечто вроде
Конечностей округлых, их подвид,
Однако, радостней, вертушки, так и быть,
Подкреплены усами, в том и радость,
Представить можно, дёргаешь за них,
Вдруг весь тюлень приходит в аккуратность,
Теперь он целый, тоже озорник,
Вверху прокрутится, поэтому – вертушки,
И на затылок складывает ручки.
Наскучит вскоре, выйдешь погулять,
Три шага к рубке... ладно, может, пять.
6.01.20
«Высотой разошлись, нарастили хрящей»
Высотой разошлись, нарастили хрящей,
Пиреней образины. Опомнись!
Голенищами вровень шестых этажей,
Но уже отражаюсь в одном из.
Надрожали вышагивать точностью в такт
Помешавшимся рези в желудках.
На запёкшихся балках шли стены в растяг,
Обнажив выключателей жутких.
Берега расшивались. Опомнись! Очнись!
Баржи рушились дном и гремели.
Над ободранным городом жалких ключиц
Величавые шли Пиренеи.
9.01.20
«Внезапный штиль дарует шанс...»
внезапный штиль дарует шанс.
поджав обветренные мили,
определи, песочный час
и механический равны ли.
лекал лазуревый дикарь
на ложе нежится из пряжи
небесного материка.
определи, когда мы свяжем.
но не равны и те часы,
и мимолётна блажь лазури,
и тусклых помыслов живцы
на только б ветер не из бури.
8.01.20
«Я же краб и омар и лангуст...»
я же краб и омар и лангуст
по природе навязчивых чувств
и креветка, но крупная как бы,
их название вроде бы скампий
вот такой натюрморт. разгребайте
я прилягу покуда под куст,
он подводный, неведом лопате
и по поводу ягоды пуст,
настроенье листов голубое
дно речное, морское, любое
населяет он ради искусств
бытовым красоты экземпляром
вот туда мне, до первых шмелей,
или крабом, лангустом, омаром
или скампией, можно и ей,
вот туда мне и надо прилечь
тишина, и не водится клещ
отдыхай, ни о чём не жалей,
где вода даже ночи черней
вообще как бы нечему течь
и не надо, а с первым шмелём
но с подводным его вариантом
так и быть полетим над жильём
уподоблены тем астронавтам
наблюдать голубые сады
и ронять в них с большой высоты
нашу тень, а она никуда
не летит и висит. красота
9.01.20
«Где океан, не виден берег»
где океан, не виден берег,
и всё вокруг, как тот ошейник,
при шумной пены кавалерах
молчанки голые, оперь их.
летят в простора порученьях
к другим невидимым просторам
нас окаймляющих молчанок
над океана бывшим вздором.
и прошлый мир, где нёсся шарик.
похож отчаянно на чайник
когда несут его с кипящей,
никак не жидкостью, но негой,
в единый опыт настоящий
обозревать над бездной блеклой
исходной плотности поток
оставив грациозно место
под синей неги кипяток
где был ты/не был неизвестно.
14.01.20
«Бежим скорей! Откроем люки»
Бежим скорей! Откроем люки
Сегодня воздух, как вода,
Пускай стечёт. И звёзды – в руки,
Во двор и в чай. Кому – куда.
Пускай стечёт, а вдруг и правда
Есть невесомость, – полетим
На все планеты и обратно
Подобьем древних бригантин
В каких летали раньше люди
Покуда воздух не настал
Теперь и мы такие будем
Помашем с Южного Креста
Всем остальным, кто не решится
Помашем и с Кассиопей
О, мы счастливцы. Мы счастливцы
Бежим скорей. Бежим скорей.
24.01.20
«Там острова, чьи пляжи от песка»
там острова, чьи пляжи от песка
готовы сами слепнуть, а прибоем
волшебных рыб выносит, отпускай
не отпускай – сбывается любое
колгоспы там, чьи лопасти гудят
предчувствием грядущих автобанов.
о господи, какой веселый ад
о, как он ярок, господи, как – занов
там из кого не выглянешь, он – ты,
который – я, не – ты, господь... но, кстати,
проверить сложно... столько красоты
и любопытства столько в этом взгляде
вдруг мы – едины, даже пусть в аду,
ведь он же, видишь, новый и удачный,
и автобаны скоро проведут,
волшебным рыбам, может быть, на сдачу,
каких желаний сбудем... взять, колгосп,
он остановит лопасть, несомненно,
воткнут шинок, ГАИ поставят пост,
меню меняться будут там и смены.
проверить сложно, выгляну опять,
из пусть он – я, но вдруг, что и не только...
хороший вид, всё светится подряд
и так по-адски, иронично, тонко.
29.01.20
«Плывёт трава, покинув степи»
плывёт трава, покинув степи
конечно, лень и не отцепим,
она запрыгнет на крючок –
не будет рыбы, морячок...
конечно, жаль, взял сигарету,
зашевелю вот так бровьми
и отдыхаю до обеда...
но где обед – поди пойми
ему всё прятки да уловки
не наградит усталость бровки
он или – глупый – ждёт поклёвки?
но этот спорт невыполним
а что планировалось в спорте?
зашевелить какой рукой?
ой, не смешите... руки против.
на них ладони с бугоркой,
не далеко так и до впадин
им ни травы манёвр не даден
ни всякой рыбы, если вдруг...
ну да, не будем трогать рук.
18.04
«Прекрасный сон. над сливами, буквально»
прекрасный сон. над сливами, буквально
окружена орешника волной
плыла вода, работой поливальной
внушив два сада местности одной,
даруя веры тихой наслажденье,
плыла и шла приветливо в разлив,
других дерев оранжевые тени
спеша к садам орешника и слив,
влекли свои негромкие пейзажи
весь мир внушённый длился, невесом,
в парящей вазе с миром настоящим.
миры, сады... какой прекрасный сон.
7.02.20
«О, будто око глубины»
О, будто око глубины
Из под немеющего спуда,
На гребне цвет когда волны,
Он называется – эрмудо.
В руке безумца ятаган!
Лихих холмов обрушит звенья
Восставит пены интеграл
От красоты на изумленьи!
Храни, эрмудо, мой порыв
За оком шествовать безглаво
Вне уравненья новых грив
До сам закон их каравана.
5.04
«Кому-то Сплит, а мне Равенна»
Кому-то Сплит, а мне Равенна
Где голова несёт бармена
Над остальным, кому бы – Сплит
Давай рассудим откровенно,
Что дело так и обстоит
Мы только зеркало кривое
Об остальных под головою
Про города и верность суткам
Не утруждаясь предрассудком,
Кривое зеркало где свита –
Беглец сигнала, житель Сплита,
Настройкой местности храним
От попаданий не в мишени
Но пусть похоже... было б с чем
Тогда нам есть, и попаданье
Когда настроена так местность
От головы и на квартале
Распят собор системой лестниц.
Любой, по сути, мы хранимы
Равенны, Сплита, обитатель
Нехваткой плоскости от вкатим
Лимоны манго нектарины
Поставим ёлку и базар
Начнём на площади соборной
Напомни камни кто бросал
Под головой бармена спорной
И выпадало как-то «ж»
Всегда...но выпало уже.
2020-2021 (22.02)
«Листая тонкие журналы»
листая тонкие журналы
листая толстые затем
на апельсинку нажимала
напротив муж её сидел
он ни на что не нажимал
ему не нравилась жена
ни апельсины, ни погода
и он разглядывал штиблет
придумал слово тоже кто-то,
а постараться чтобы, нет?
ботинок, туфелька, сапог...
но нет же, выдумали это.
она листала, вид был плох,
он изучил и снял штиблета,
зачем-то бросил, сам спроси,
в её нажатый апельсин
8.04
«Не полустанок, даже – четверть»
не полустанок, даже – четверть...
кто мог бы жить? …такая глушь…
но даже почек слышен щебет
ласкает воздух слышим луч.
не на стене и прикроватно
а был тот бог над хуторком
в каком-то смысле если правда
то вот в каком?
28.11.22
«Прибрежный синий ближе к бирюзе»
прибрежный синий ближе к бирюзе.
попробуй мыс, район его излома.
скажи, зефир? мы в солнечный прицел
видны бы если, выстрел безусловно
бы приходился прямо на потом
снять невредимым кожного покрова
похож с циклопом глазе об одном
вдали собор свят имени петрова
что как бы глаз, то всё-таки часы
и не собор, приблизишься, а башня
сверь показанья, вроде бы честны
над ними день, однако же, вчерашний
год високосный сбил кого? прикинь,
что если нет, и мы на день назад бы,
а вот и яркость скачет вопреки
движенью звёзд вращении при слабом
понять сложней, чем принятым возлечь
дождаться завтра вновь вернуться к мысу
собор вдали ошибочная вещь
не приближаться, просто поклониться
ты будто там вчера и не бывал
а то шатры расставить и бордели
устроить как бы вечный карнавал
туда-сюда водить… года б летели,
попридержи, приляг, помалахоль,
поделай няшку пальцами в бородке.
28.11.22
«Здесь поворот не сдуру, а – в сердцах»
здесь поворот не сдуру, а – в сердцах
здесь неспроста посбрасывали гравий,
верна – дорога. врёт порою знак
есть иногда идущий неисправен.
верна– дорога. здесь она – верна,
обманна скорость, в отдыхе нет прока,
подложна карта, всё по сторонам –
бесстыдный грим, верна одна дорога.
16.04
«Вода и пьёшь – из мешковин»
вода и пьёшь – из мешковин
и свёрнут пол, как в кисть натурщик,
но кто вышагивали им,
ни половиц подсчёт ведущих,
ни очертаний, ведших зычно
предметов опись, близнецов.
не прогадал ли, что не слышу
их окаянных голосов?
неделю... больше... восемь дней
туман плотней, порывы слаще:
приляг, остынь, осатаней,
не будет ночи, день – стоячий.
18.04
«Встречал и молчальника в шкуре тигровой»
встречал и молчальника в шкуре тигровой
печальные очи светило глотали,
и видел корабль на вершине огромной
планеты практически горизонтальной
пленялся хребтами и долу пускался
оборванным путником в рыбины теле
по путанным тропам, где тишь громогласа,
являлся к застолью хлебами метели
пустынных дворов, обесточенных лавой,
пустынных дворов, обезумев от пляса
молчальника в шкуре фигуры безглавой
18.04
«Ресторана яркий домик»
ресторана яркий домик
он, наверное, дальтоник
где крошится сыр на пасту
быть нельзя таким цветастым.
можно: в дядю уголочка
хлебом вымакнули плошку,
крошку клюнули на бровке,
комаром попили кровки,
бутербродик съели в школе.
обзавидоваться, что ли?
или выглядеть тревожно –
всё что мною делать можно?
если так, то и не странно,
ну, – вот так... большое дело...
яркий домик ресторана –
сам собою... та же тема,
не старайся, не разыщем...
вот и с ним, и с эта вялость,
и со мной внутри нелепым,
всё поелось, исклевалось,
плошку вымакали хлебом.
24.04
«Как будто зрение втяни»
как будто зрение втяни
из до того размытых вотчин,
пока видны ещё вдали
но не вдали они, а – вот же,
дома и скалы, маяка
и рядом маленькой мечети
меж ними линия тонка,
вдали и рядом тоже эти,
оттенки линии, планет
круги угадываешь сзади,
и общей видимости след
дрожит на безупречной глади.
25.05
«Оживает город милый»
оживает город милый
оживёт ли? а зачем?
может быть ему равниной?
или кругл и высоченн
пронесётся столб весёлый
из созвездия торнад
как и надо клюшкой с новой
вот и он как так и над
разметал коробки хижин
и стоит среди пустот
он милее мне и ближе
настоящий город тот
26.05
«Пал керамической ладони»
Пал керамической ладони
Едва обрубочек на карту,
Не голоси, уже не больно,
Гляди, как дрогнули фрегаты,
Плоты подпрыгнули и шхуны,
Не воздыхай, не голоси.
Одну ли карту пошатнуло
Иль все края на небеси?
Начни безрукое служенье
Изыдь стеклянного границ,
Пускай обрубочками жмени
Отсыпет бухточку и пирс,
Наставит набережной дочек,
Все ожидают из морей
Особой нежности ладошек
Скуластых рая бунтарей.
27.05
«Возили тряпками в корыте»
возили тряпками в корыте
из них одна уже зевала
они готовятся к закрытью
а ты ни в чём как не бывало
такой пришёл и сел за стол
а ну извольте о съестном
меня порадовать проектом
повыбираю посижу
неторопливо, часик где-то...
и да, сочувствую, сочу...
не собирались ли домой?
ну что поделаешь/попишешь...
а там и ветер ледяной
и контур месяца оплывший...
1.06
«Уклончиво так скажем или нет, не скажем»
уклончиво так скажем или нет, не скажем
уклончиво же... думать будем только
то недолёт/то перелёт... момент в моменте кражи
момента цели. эта работёнка –
ответный ход уклончивости мест
из места нет, но кто-то делал вид
что нам бы выяснить хотелось то, чего
на самом деле не хотелось, думать будем
про недолёт и перелёт уклончиво
от важных сведений, что дело в катапульте,
праще, таране и ещё каких-то многих
неисчислимых попросту предметах.
25.07. 20
«Довольно темно и горы не видать»
довольно темно и горы не видать
осколочный блеск накрошили
дыхание дышит свою благодать
быть может, на самой вершине
размах размахнулся и если летит
то лёт а не что-то оттуда
он только лишь лёт, не имеет орбит
и как бы бессрочная ссуда
блуждавшему взору, процентную дань
плюсуют отсутствию вещи,
размаха и следа и кем заметай
на чёрном холсте побережья
довольно темно для гора или холм
которому думать под блеском
того, что крошили из цвет целиком
на меркнущем взоре нерезком
8.09.20
«Но облик лунный несопоставим»
но облик лунный несопоставим
ни с планом плыть, ни с мыслью простираться
под облаками писарем старинным
престол планид в бездействия убранстве
заглушкой в пасть клокочущих стремнин.
ни груз, ни ноша, – тяжесть самова,
но в ямках губ и с признаками тюля
безбрежная всё та же синева
о как бы смене форм не памятуя
язвительная шуток острота
о, вся земля – как шут пред лунным троном
чей если б горб направлен не сюда
и стиснут прошлым удесятирённым
9.09.20
«И в голых красок перекрёстке»
и в голых красок перекрёстке
особый вызов характерен
когда в полуденном наброске
отару рыхлую артерий
испуга увальнем мордастым
пересекали поперёк
на полпроспекта распадался
толпы податливый пирог
исторгнув стоны клокотанье
огромный новый звук ещё
от будто горла на квартале
до той поры под сургучом
и на просвет толкая ныне
каменья лапками кривыми
11.04
«Днепра заманчивая торса»
днепра заманчивая торса
ключиц и рёбер череда
пока количество мороза
ещё не качество у льда
ах, кумовья, печи и жара,
знакомцы дальние лучин
покуда зрение снижало
значенье вами величин
о, будто лестницу на гробе
рисуя нами сам пейзаж
на череду ключиц и рёбер
мираж накладывался наш
19.12.20
«Губы и горла работяг»
губы и горла работяг
отгулы даже утомили,
но метров двести будет, ах,
полезных свойств, желатерия,
и рядом с логовом, увы,
где мы губным и горловым,
припоминаю, что творили,
нелепым образом, обряд
когда все органы горят,
и чем мороженое примем?
пускай джелатто, всё же – чем?
смущённый улиц казначей,
спеша разменивает двести
на сто и сто, каков прохвост,
направо – бар, налево – крестим
иной объект полезных свойств,
на что мы крестим то, что слева?
давай на голову, дружок.
но обо что – святая дева,
она направлена в парчок,
где во парчке гуляет белки,
хотя похожий на лису,
облезлый особь, две тарелки –
его глаза, пока ползу
туда налево, недалече,
на метре сотом, ровен час,
что если горлу и губе,
приделать голову поярче,
то видно в логове тебе,
которой нет, конечно, там же,
но посиди с животным, браво,
оно, возможно, ты и есть,
святые – слева, бары – справа,
пойми зачем, наверно – квест.
21.12.20
«Может, пыльным и маршрутом»
может, пыльным и маршрутом
но в корзинках, ибо кзот,
булки просто и с кунжутом
дядя выпек и везёт
дядя булки. только выпек
а не кзот, то значит сэс,
дядя в позах деловитых:
там изгиб, а рубчик здесь
на изгибе – медный щипчик
приглядись в него... просёк
им клеймо не из обычных:
треугольник и глазок?
а на рубчике – Хуарес,
он – Бенито... двадцать пес?
все кто живы, не состарясь, –
на купюры те кто влез, –
могут радость обеспечить,
пышных булочек пожнут...
широки у дяди печи,
исключительный кунжут.
20.02.21
«И линейных ход низложен»
и линейных ход низложен
и забыт для хода повод
на пруду под стать калоше
дрейфовал такой дредноут
кем-то брошен или беглый
рядом значился фонтан
был разрухи под опекой
из струи не подлетал
к ним в придачу шла удача
парк и город позабыт
на нейтральной передаче
как бы скатывался быт
25.02.21
«Тучи толстые, лодыжьи.»
тучи толстые, лодыжьи.
птичий стон – сырой арахис.
можно мир включить потише?
приубрать немного яркость?
словно вырван из тетради
смят и брошен в яр чернил
ветр поднимется, осядет,
знай заваривай чаи.
натяни поглубже шапку
шерстяная пусть, до плеч,
птичьи стоны, ветру шатко,
никого не уберечь
17.05.21
«Пить траминер. смотреть на римлян»
пить траминер. смотреть на римлян.
дворы с манерами ризотт.
и сквер броском неповторимым
неплохо встроен в горизонт.
брать норму стрел из лук умелых
не на подпухлость, красноту
разменом тратить переменных
но в постоянство тесситур.
глядеть, назначенный ребёнком,
под новый мрамор костюмер,
выводит маму в теле тонком
на погулять... пить траминер...
никто не просит, в диких шлемах
но – гладиаторы, простим
кто мчались там, умалишенных,
не самым средством скоростным.
пеклись дворы, и сквер, и своды,
шипя диковинным коржом,
пугались сами дерзкой ноты,
которой нерв их сопряжён.
ребёнок вновь являлся в гриме, –
так остывали зданья там, –
нам недоступном, лучшем Риме,
где всё – припухлость, краснота.
24.05.21
«Идёшь, принюхивался, – точно»
идёшь, принюхивался, – точно
у них суббота, рыбник в деле,
по этим дням всегда же рыбник,
но до угла дойти сначала,
всё так и есть, помощник чистит,
жена пакует, люди, дети,
две неожиданных собаки,
и ручеёк спешит к каналу,
потомок льдистой чешуи,
не остановимся, нам дальше,
там, рядом с парком, овощная,
но мы проходим и её,
ни пару груш, ни аспарагус
не прихватив, а было б мило,
не постояв хотя б минуту,
речам внимая трёх торговцев,
бессменным шуткам горожан...
5.06.21
«Не пожевать ли нам вначале?»
не пожевать ли нам вначале?
на всякий случай пожевали.
кто не испытывал сомнений,
в такие дни, когда пять-шесть,
к примеру, вечера, присесть
везде не просто, но присели,
меню и парень перед всеми,
не тот бы парень, что встречал,
но тот, который по харчам,
ещё б он мог аперитив,
который точно не хотим,
не пожевать попробуй после:
тобою заняты места,
и паренёк томится в позе,
и час в районе полшеста,
и неудобно не жевать,
когда не пьёшь ещё, и бармен –
похож на ёрш, и позе парня –
ты не сказать чтоб очень рад,
и не сдержался, – прейскурант
окинул взглядом, ткнул в текилу,
текилы нет, не прокатило,
шотландских вовсе ни гроша,
на тему джэка тоже штанга,
прощай, остатки куража,
ты вопросительно и жалко
капитулируешь в ерша,
и говеться было странно
и повёз меня к Клиши
юморист из пакистана
он и точность? – не смеши
он и скорость – та же ветка
и не реже раз в квартал
делал местности развдеку,
и привёз ко воротам
их там несколько ворот
только камня перевод
горевал я и говело
много рядом кто детин
заплутали откровенно
пить-закусывать хотим
может, арка – те ворота?
обсудили... всё же нет,
то ворота на природы,
там и реками шуметь
и плескаться озерцу
и бежать приятным дамам
дали лёгкую трусцу
и восторг меридианом
от бескрайныя широт
между ними ходишь вброд
а подобные крестьянам
кушать пить несёт народ
вот же дядя в таксопарке
и поклон тебе и вот
пробежали две доярки...
многократно лучше арки
эти свойства у ворот.
6.07.21
«И говеться было странно»
и говеться было странно
и повёз меня к Клиши
юморист из пакистана
он и точность? – не смеши
он и скорость – та же ветка
и не реже раз в квартал
делал местности развдеку,
и привёз ко воротам
их там несколько ворот
только камня перевод
горевал я и говело
много рядом кто детин
заплутали откровенно
пить-закусывать хотим
может, арка – те ворота?
обсудили... всё же нет,
то ворота на природы,
там и реками шуметь
и плескаться озерцу
и бежать приятным дамам
дали лёгкую трусцу
и восторг меридианом
от бескрайныя широт
между ними ходишь вброд
а подобные крестьянам
кушать пить несёт народ
вот же дядя в таксопарке
и поклон тебе и вот
пробежали две доярки...
многократно лучше арки
эти свойства у ворот.
6.07.21
«Подарят мне миндальный кекс»
подарят мне миндальный кекс
он – от души,
она – на пробу
вот непонятно кто их ест...
похоже, я... бурчи, утроба,
мной благодарность знает мест,
а ты бурчи...
дарёный конь,
хотя он кекс, но зубы те же...
давай посмотрим их – огонь!
Этьен плохого не отрежет
а чей кондитерский салон
где от души старался он?
так вот и матушка Инесса
роль есть и ей в подарке кекса
она – пускай что ради дела
но что плохого в ремесле?
давай испросим у Этьена
кто режет кекс во всей красе
ножа, себя, миндальной пыли
он – не про дело, кто забыли.
но одарил нас от души, –
пущай и кажет....
постучи:
«привет, Этьен, мне неудоб...»
выходит матушка, выносит
сначала бюст потом лаптоп
зачем он ей, не ясно вовсе,
(я про лаптоп, а не про бюст
и отдышусь покуда возле
а вдруг откроется, боюсь)
аж так боюся, кость заноет
(про бюст – откроется, не ноут)
та кость – затылочная... знак,
что мозг прогрелся и размяк
спросить про веер у Этьена?
так и про дело ж не сумел...
иль, боже мой, – такое дело
она имела на уме?
жую свой кекс, едва живой,
Этьен с ножом, а вкус – миндальный...
и ни при чём тут боже мой...
есть кто-нибудь, кто силы дай мне?
6.07.21
«Любимый столик у дороги»
любимый столик у дороги,
где углубленье за бордюром.
июль и дождь. по лужам блохи
отбитых капель.
в небе хмуром,
и тоже словно бы отбит,
он ибо кажется нам плоским,
и – винтовой, мы слышим винт,
бурчит, ворчит по-стариковски...
а углубленье было риском
ведь это дождь и вуатюры,
нельзя садиться было близко,
при небе хмуром, от бордюра...
пускай залит, но ведь не помер...
и ты будь счастлив, мотороллер.
13.07.21
«Подача оперная – кроны»
подача оперная – кроны
каштанов, танов, повтори.
детей летающих хоромы
теснят лазурь. мы в Тюильри.
где марокканка, марокканец.
преувеличивая страсть,
обходят дерево, ругаясь,
за ним встречаются, мирясь.
погода что б ни означала
а мы приходим, дышим, грезим.
мои собратия сначала
обсели стулья вроде кресел
вторые сутки спят, зажмурясь
под воскурение жетанов
двойные сливки мне на чурос
не прекращай каштанов, танов.
15.07.21
«Казалось, в кость мою пекарни»
казалось, в кость мою пекарни
очнутся загородным сном,
нашатырём каминной гари
накрыли весь аррандисмон.
спаяют хрящ, казалось, с прежним
кто сам дрова бросал в камин,
мог сжечь тетради делом грешным.
а он и сжёг. но мы храним.
15.07.21
«Неловко? ловко? а – неловко»
неловко? ловко? а – неловко.
опять подслушивал в Joseph
бурбон и с-титьками-головка –
бурбон не с нею, а – подсев,
водился раньше он в углу,
вертел газету, чмокал в трубку,
потом проделал подмигну,
она: «ну нет»... какая бука...
я отлучался было жарко
весь этот лоб и конденсат
был принят душ, хотел сан-жака
вернулся — рядышком сидят
сан-жаки славные в Josephе
и просто так и можно с леффе
под что имеется и кран
их даже несколько... вернулся.
они сидят... иных программ
там не давали в нашем вкусе
как не прислушаться? не пивом
же мир единым под моллюск...
катилась дальше детектива,
головка-с-титьками: «кусь-кусь»
бурбон: «гав-гав»... не спорю, жесть.
он прыг на стол... она: «сдаюсь...»
рискни сан-жак под это есть
писать не надо, знаем сами,
Joseph – едой универсальный, –
двух небольших утиных дочек
гляди, сложили им в судочек,
наверно, к ним ещё и рис...
но отвлечён был,
на порог
взошла две-сумки, из актрис,
и вновь сан-жака есть не мог
она взошла таким атлетом.
мир победить – она об этом.
взяла тот стол, где лучше ракурс,
бросает в пот и ниже градус
меню не глянула... зачем?
«что буду я – решайте сами»
отставить леффе, дайте сани,
и бубенцов, и скрипачей...
потом нет резкости в рисунке
куда умчали мы с две-сумки
иных опросим трепачей.
16.07.21
«Будто кадров место склейки»
Будто кадров место склейки
Прилегала рябь к воде
Как бетонные скамейки
Там на набережной где
Как в старинном доме ставни
За которыми как мной
Он растрёпан только встали
Смотрит кадров перекрой,
Не даёт покоя рябь,
Но не будем повторять.
Плохо с рябью, но над оной
Как бы небо как без края
На скамейке как бетонной
Кто-то лёг как загорая
Хорошо с ним или с ней
Тот как я не видит точно
Варит кофе не разлей
А разлил, а не нарочно
Что-то выпало из птицы
Ладно, тоже пригодится.
